Проклятье Ифленской звезды

– Эти камни уже использованы. Заговорены, насколько я могу судить по полученному результату, на жизнь и здоровье Великого наместника Ифленского в Танеррете, Хеверика, чеора та Лема, та Гулле, верховного стража Фронтовой бухты. Я искал людей, которые должны были вывезти саруги из страны, и нашёл их вчера, в приграничной гостинице. К сожалению, этому чеору удалось улизнуть с камнями, но его напарницу мы задержали. Однако чтобы спасти жизнь наместнику, я должен как можно быстрей вернуть саруги сианам в столицу.

– Что тебе до жизни наместника? – пресветлая смотрела на него с той же лёгкой доброжелательностью, с которой минуту назад изучала чеора Конне. – Многие считают, что его смерть стала бы для страны избавлением от нищеты, изменила бы внутреннюю и внешнюю политику, дала вздохнуть купцам и мастерам…

– Какое дело, – позволил себе колкость та Хенвил – монахиням до внешней и внутренней политики Танеррта?

– Пусть земли обители и освобождены от налогов, мы всё же – часть Танеррета, нам не безразлично, чем дышит этот мир.

Так в чём твой интерес, благородный чеор?

– Кроме того, что наместник – мой родной отец? Я присягал ему в верности и не собираюсь нарушать клятву, каким бы он ни был.

Пресветлая на миг отвела взгляд, как показалось Шеддерику, чтобы посмотреть на кого-то из младших сестёр, устроившихся в тени у стен. Он не успел понять, на кого именно.

Да и не был до конца уверен.

– Камни теперь – забота обители. Если твой отец ещё жив, он останется в живых, и его здоровью ничего не будет угрожать.

Однако тебе придётся переночевать в этих стенах и ответить ещё на несколько вопросов.

– А старик?

Монахиня окинула внимательным взглядом фигуру чеора Конне и с сожалением покачала головой:

– Он принёс на благие земли зачарованные саруги. Теперь он во власти Золотой Матери, и лишь на рассвете мы сможем узнать, какое решение она примет.

Шеддерик знал, что в этих стенах хранится много древних предметов силы и тайных знаний, а здешние хозяйки умеют обращаться к силам, недоступным ни ифленцам, ни коренному населению Танеррета – мальканам.

Что он мог возразить? Что для него самого спокойней будет, если он потащит камни через полстраны, по опасным осенним дорогам? И ещё смогут ли столичные сианы быстро решить проблему?

Склонился в вежливом поклоне. Но всё же возразил:

– Я не смогу остаться. В гостинице ждёт мой друг, он охраняет чеору та Зелден, и я боюсь, ему понадобится моя помощь.