Проклятье Ифленской звезды

Остается только понять, куда лучше пойти, вверх или вниз по течению. Он склонялся к тому, чтобы пойти вниз.

Но оказалось, у Темершаны та Сиверс на этот счёт было своё мнение.

– Благородный чеор та Хенвил… – всё тот же ровный, не сбить, спокойный голос. – Если пойдём вниз по течению, то скоро начнутся болота. Ниже здесь сливаются три реки и уже вместе впадают в море. Я думаю, это речка Мшанка.

Рэта даже подбородок приподняла, показывая, что к её мнению стоит прислушиваться.

– Мы с сёстрами собираем клюкву на болотах в её нижнем течении.

Если это так, то я немного знаю местность, и…

– У вас есть вариант получше?

– Она петляет. Вся речка петляет. Если подняться выше по течению, будет ещё одно место… называется старая дорога, она по краю болота раньше шла. Сейчас заросла совсем. Но если по ней, то выйдем к месту, где реки сливаются, минуя мост. Там такой мыс каменный. И если Барна замёрзла… а она мельче Мшанки. Да и если не замёрзла, перейти можно будет по кочкам, Сейчас воды-то мало…

– Понятно.

Это хотя бы уведёт нас от тракта на некоторое время. Так что ведите.

Чеора та Сиверс попробовала выломать из кустов толстую палку, но та оказалась гнилой и сломалась у неё в руках.

Потом вдруг вернулась в укрытие под елкой, вынула и протянула ему плащ. Вовремя – ночь к утру стала ещё холоднее.

О том, что они будут делать, когда переправятся через Барну, Шеддерик решил подумать позже. Для начала нужно было решить куда более важные проблемы.

Им нужно было хоть какое-то тепло – обсушить одежду и согреться, и хоть какая-нибудь еда.

Идти по реке оказалось легко. Лед прихватил её почти по всему течению, да и берега оставались сухими. На излучинах ветер сдул не слишком толстый слой снега, а донный песок и мелкие камешки, скрепленные морозом, давали прекрасную опору для ног.

Но были и минусы. Река в этой части оказалась действительно очень извилистой.

И срезать путь никак не получилось бы – берега завалены нанесённым половодьем речным мусором – сучковатыми брёвнами, стволами когда-то рухнувших деревьев. По застрявшим в кронах гребёнкам сухой травы было ясно, что вода здесь поднимается очень высоко – на три-четыре роста взрослого человека.

Шеддерик шёл за рэтой и думал о том, что он совершенно не представляет, чего ждать от этого тихого, обманчиво-спокойного ночного леса.