Провинциалка в высшем свете. Книга 3. Ни дыма, ни огня

Поэтому пока посижу. Продолжила недовольно: — Это твои проделки? Я увидела распахнутую дверь, услышала стон. Решила проверить, что, собственно, происходит. И кто-то огрел меня по голове!

— Звучит правдоподобно, — с непонятным ехидством произнес Тегрей. — Остается надеяться, что судья поверит тебе.

— Судья? — переспросила я. — Ты о чем?

Тегрей перевел взгляд на арку, которая отграничивала гостиную от прихожей. Как раз в этот момент я услышала, как кто-то спускается по лестнице. А спустя пару секунд я увидела высокого темноволосого мужчину с шрамом, идущим через всю щеку.

О, это один из людей герцога! Как же его зовут? Равен, вроде бы.

— В доме никого нет, ваше высочество, — проговорил он, остановившись на почтительном расстоянии от герцога. — Я проверил все комнаты. Прикажете вызвать шерифа?

Я испуганно заморгала, не понимая, о чем вообще речь. Судья, шериф… Неужели здесь произошло какое-то преступление?

— Кстати, тебе не мешало бы как следует поблагодарить Равена, — сухо произнес Тегрей.

— Возможно, его появление спасло тебе жизнь. Я приказал ему присматривать за ратушей, пока идет бал. Был почти уверен, что ты из вредности постараешься смыться, едва мне стоит отвлечься. Так и произошло, в общем-то. Равен не показывался тебе на глаза, идя поодаль. Он заметил, как ты зашла в этот дом. Подождал несколько минут. Потом, настороженный твоим долгим отсутствием и тем, что в окнах не зажглось света — последовал сюда. И чуть не споткнулся о твое тело, поскольку ты лежала у порога. После чего создал магическую искру и увидел еще одно тело. Правда, в отличие от тебя этому несчастному повезло меньше.

— Это был пожилой мужчина, — добавил Равен, равнодушно глядя на меня. — Его убили смертельными чарами. Никаких шансов. Почти мгновенная смерть.

Я приложила ко рту обе руки, сдерживая невольный возглас ужаса.

Неужели они говорят об Уилфреде Битте?

— А при чем тут судья? — испуганно пискнула я, вспомнив непонятную фразу герцога.

— Подумай, Альберта, как все это будет выглядеть со стороны, — с каким-то зловещим смешком проговорил Тегрей. — В разгар веселья ты покидаешь ратушу и бал. Заявляешься в чужой дом, а после тебя застают подле еще не остывшего тела жертвы.

— Ты бредишь, что ли? — воскликнула я.

Равен чуть сдвинул брови, видимо, недовольный таким обращением к своему господину, но мне было плевать на его мнение.

— На меня ведь тоже напали! — продолжила я кричать.