Снова будут кровоточить раны

Пока Карвер и Аделия рассказывали гному во всех подробностях, что происходило, дух отнес Мариан в ее комнату.

Через час, устав от бесед с неумолкаемым Командором, принцесса решила проведать отступников. Дверь была не заперта. Девушка заметила, что Справедливость отдал Андерсу контроль над телом, и тот сейчас сидел на краю кровати, держа невесту за руку.

- Она еще не очнулась? – ответа не последовало. Маг даже не обернулся, все так же разглядывая Хоук. – Обижаешься? Ладно, как только очнется, скажешь?

Снова тишина.

- Хорошо, договорились, - улыбнулась девушка. Ей почему-то показалось, что она разговаривала сама с собой.

Аделия вышла за дверь, и лекарь только тихо вздохнул, поглаживая Мариан по волосам. Те несколько часов были для него пыткой. Он до сих пор не мог поверить в то, что любимая здесь, живая. Не пустая оболочка, а настоящая Мариан, в которой до сих пор бьется жизнь их ребенка. Андерс всерьез задумался, что придется, наверное, привязать ее к кровати, чтобы больше не влипала в неприятности.

Еще стоит как-то донести до нее, чтобы несколько дней полежала в постели, после всего пережитого.

Ночь прошла спокойно. Где-то под утро, отступник понял, что уже отключается от усталости, лег на кровать и прижал к себе женщину, не желая больше не на секунду отпускать. И пускай Аделия хоть охрану сюда приводит – он никуда не уйдет. Лекарь начал просыпаться от легкого, нежного касания чьей-то руки на своей щеке. Мужчина распахнул глаза и увидел встревоженную Хоук.

Похоже, она еще не совсем понимает, где находится.

- Андерс?.. – прошептала она, поглаживая целителя по щеке, словно пытаясь осознать, что все это - реальность. – Это правда, ты?

- Конечно, родная моя, - выдохнул маг, прижимая к себе невесту. – Я здесь. Все закончилось.

- Они хотели… - тихо простонала магесса. – Заставляли меня убить… тебя…

- Я знаю. Не плачь, больше никто тебя не тронет. Вас больше никто не тронет.

Несколько минут они лежали, обнявшись. Женщина уткнулась носом в шею любимого.

Маг чувствовал, как она плачет, изредка всхлипывая. Через какое-то время, Хоук оторвалась от лекаря и присела на кровати, подобрав колени к груди, уткнулась в них подбородком. Она о чем-то задумалась, пыталась привести мысли в порядок.

- Прости меня, Мариан, - отступник приобнял сзади невесту, прижавшись лбом к ее затылку. – Это ведь из-за меня тебя похитили. Я не думал, что они будут мстить мне через тебя…

- Ты не виноват.