Кассандра. Соблазни меня

Примечательно, что его личность обокравшего была замечена в общении с теми, кто решился на пьяную выходку. Между господами прослеживается связь, но не тесная. Все трое не уличены в сговоре. Скорее всего, просто совпадение.

– Что по Контуру? Все тихо? Прорывов не было? Попыток?

Авери медлил с ответом.

– Все чисто. Волнения магических потоков зафиксировано не было.

Фредон прищурился.

Увидел, что сын не договаривает.

Старого Танасори не провести. Никто еще не смог его обмануть.

– Авери, – Советник прошел по кабинету, достигая отпрыска.

 – Я вижу, что тебя что-то гложет. Что произошло во дворце, чего я еще не знаю?

Осторожно, Авери. Следует подбирать слова аккуратно.

Младший демон отвел взор, опуская руки из-за спины и расслабляя позу.

– Девушка. Я встретил кое-кого.

Фредон не спешил отступать.

– Приближенная киоссы?

– Я не уверен.

– Замужняя?

– Не знаю.

– Ну хотя бы демоница?!

– Да.

– Какое исчерпывающее знание. – Отец хлопнул сына по спине и прошествовал до буфета, наливая себе стакан родниковой воды.

 – Если понравилась девица, в чем же твоя проблема, Авери? Разучился соблазнять милашек?

Авери потер шею.

Говорить, что, кажется, она может стать некоторой проблемой, не стоит. Лучше подойти с другой стороны.

– Вероятно, я просто слишком долго сторонился отношений.

– Воздержание вредно для мужской силы, – заметил Фредон и усмехнулся. – Значит, ты хотел поговорить о дамах. И не знал, как подвести к нужной теме?

– Как ты понял, что вы с мамой созданы друг для друга?

Да, эта тема под запретом.

После гибели матери Фредон запретил даже упоминать ее имя. Слишком болезненные воспоминания. Слишком яркой и преданной была их любовь.

Советник замер.

– Она была моей половинкой, Авери. Продолжением меня самого. Лучшей частью. Твоя мама сглаживала мою резкость. Умела найти доброе слово и, представь себе, останавливала меня! Меня! От опрометчивых поступков. – Он покачал головой, после чего дошел до кресла, куда сел, все еще держа стакан с водой в одной руке.

 – Мы чувствовали друг друга. Настроение. Желания. Даже могли предугадывать мысли. Будучи совершенно разными. Никто даже подумать не мог, что политический брак может перерасти в настоящий крепкий союз.

Фредон уставился в одну точку, словно перенесся туда, во времена, где их любимая женщина была жива.

– Она была всем для меня. Моим пристанищем. Моей болью, моей слабостью.