Неутолимый Голод: Тупиковая ветвь

Каждый из присутствовавших снова думал о том, что это могло бы значить для него лично. И наверняка очень остро ощущал вдруг приблизившееся дыхание смерти.

Маги и так жили недолго, много меньше инертов, независимо от расы. И потому тряслись за свою жизнь существенно больше.

Честно говоря, Самуил не удивился бы, если бы прямо сейчас в зале захлопали телепорты, и добрых две трети высших и великих исчезли с радаров до самого момента, пока остальные не решат проблему. Или пока проблема не решит их.

Что бы там ни было, век мага недолог, а Вселенная — велика. А значит, всегда есть возможность прятаться до конца жизни, была бы магическая пыль в достаточном количестве… Но уж этого-то есть в избытке у каждого высшего мага. На чёрный день откладывали все. А если расходовать экономно…

— Я согласен с вами, госпожа Торрес, — нарушил безмолвие Аль-Атраш. — И действовать мы будем.

Он подался вперёд и усилил голос магией, как делал всегда, когда хотел закончить открытую дискуссию.

— Остальные идеи мы выслушаем позже, по ходу собрания, — загремел великий Фахри, доверху наполняя залу вибрациями своего голоса. — Помимо очевидного усиления группы под началом Самуила Ренцини, для скорейшего обнаружения нападавших, предлагаю определить следующие приоритеты.

Председатель нажал на кнопку на кафедре — и над платформой докладчика, прямо над головой жандарма зажглась многометровая голографическая сфера.

— Первое: защита ключевых магов и объектов Гильдии, ­— соответствующая фраза вспыхнула в сфере под номером один.

— Второе: защита террита в хранилищах Гильдии. Третье: оружие против нашего нового врага. И четвёртое, последнее, но этим не менее важное, — он повернулся и кивнул Председателю Терренсу Коулману, — защита наших коллег и соседей — инертов.

Никто не возразил Аль-Атрашу. Но во взгляде членов Совета читалось всё, что маги думали об идее потратить силы на последний пункт в сложившейся ситуации.

Однако же, дискредитировать себя перед Председателями, а то и навлечь на свою персону гнев трибунала за неуважение к инертам, ни один из них не хотел.

А потому в зале вновь, уже не в первый раз за сегодня, на добрых полминуты воцарилось молчание.

* * *

Это было самое длинное и активное собрание Совета из всех, на которых Самуил присутствовал.

Председатель Аль-Атраш, вопреки своей обычной авторитарности, позволял много обсуждений.