Выбор очевиден

Комната была маленькой и полностью разгромленной - то тут, то там попадались разломанные части мебели: спинка от стула, ножка от стола, полка от шкафа, какое-то тряпье... Казалось, что здесь прошла сильная драка вроде тех, что украшали вестерны середины прошлого века.

- Ни хрена себе! – вырвалось у меня.

- Помогите!

Я оглянулся.

- Помогииите!..

- Вы слышали? – негромко спросил Ладир. – Кажется, где-то здесь ребёнок.

- По-моему, звук идёт откуда-то снизу… - разметав остатки мебели, я довольно быстро нашел дверь в погреб.

- Лестницы нет… - протянула Сонни, вглядываясь в тёмный провал.

- Разберёмся. – Я спрыгнул вниз и запоздало подумал, что было бы неплохо сначала рассмотреть обстановку подвала. К счастью, меня встретил относительно мягкий земляной пол.

- Эй! Держи… - Ладир свесился в люк, протягивая мне какой-то плоский предмет, оказавшийся на поверку осколком зеркала. – Разойдитесь!

Вэйт и Сонни отпрянули от проёма, и мне удалось направить слабый луч, пробивавшийся из-под крыши, по периметру подвала.

В дальнем углу виднелось щуплое тело. Мальчик лежал на полу и почти не шевелился. Я осторожно приблизился к нему.

- Пить… – еле слышно прошептал мальчонка.

Я поднял ребёнка на руки. Он почти ничего не весил.

- Ну что там у тебя? – раздался нетерпеливый голос демоницы. С ношей медленно подошел к люку; Вэйт присвистнул. Вдвоём с Ладиром они аккуратно подняли ребёнка и положили на пыльный пол. Воин помог мне вскарабкаться наверх.

Из-за спины Вэйт достал бурдюк с водой, и мальчишка жадно к нему припал.

Он был очень сильно изможден. Удивительно, что вообще сумел подать голос. Чуть придя в себя, пацан вытаращил глаза от ужаса и с дрожью в голосе затараторил:

- Отец!.. Он обратился!.. Он придет!.. Он страшный!..

- Тише, тише… - Начал успокаивать его Ладир. – Тише… Все уже кончилось.

Мальчонка продолжа дрожать и плакать, но воин всё шептал ему на ухо что-то тихое и успокаивающее. Про то, что папы больше нет, что он может не переживать, про то, что у него все будет хорошо.

Мальчик сначала порывался сказать что-то еще, потом тихо скулил, плакал почти беззвучно, и, в конце концов, уснул. Ладир аккуратно поднял его на руки и положил на груду тряпок в дальнем углу. Мы потихоньку вышли и притворили за собой дверь.

Пока он спал, мы решили пообедать. Неспешно поедая припасённую снедь, мы вяло переговаривались. События последних двух дней сильно вымотали нашу компанию, бесконечный гринд никак не походил на веселую игрушку.