Сияние севера. Книга 2. Жар твоего сердца

Настолько совершенных механизмов, что их можно легко принять за живое существо. Они способны метать молнии, но не из глаз, а из специальных железных палок.

Один из вожаков напомнил: -Чужаки убили кровавого когтя и всю его стаю.

-Кровавый коготь сам пошёл против правил захватив человеческий замок и тем самым нарушив договор между пустыми и нами, истинными людьми.

Раздавшийся рык перебил говоривших, что было крайне невежливо, но сошло с рук рычавшему, ибо им был вожак рода, куда когда-то входила стая Караха - кровавого когтя: -Мы должны смыть позор смерти нашего собрата кровью пустышек и чужаков!

-Кровавый коготь покрыл себя позором приняв смерть от рук пустых.

Но разве дичь не в праве защищать свою жизнь всеми доступными способами? Она убегает, а если сама нападает и убивает охотника, то её неотъемлемое право, -подал голос старый оборотень чьи крохотные глаза прятались в густой светло-серой шерсти.

-Чужаки враги для племени?

-Нет, -твёрдо ответил Карат.

-Но могут стать таковыми?

Охотник вынуждено признал, что могут.

И если чужаки затеют с племенем вражду, то они будут очень опасными противниками.

-Так не лучше ли напасть первыми и растерзать чужаков до того, как они оседлают свои механизмы и схватятся за мечущие молнии палки? -продолжал гнуть своё один из вождей и молодые охотники, в том числе и из других родов, поддержали его слова радостным воем. Молодым всегда хочется драки.

Спор затягивался. Часть истинных людей хотела напасть на чужаков. Раздавались голоса, что давно пора пересмотреть древний разговор, разделивший земли пустых и земли истинных людей пограничным лесом.

За прошедшие годы численность племени возросла, число отдельных стай увеличилось многократно и еды стало не хватать для всех, чтобы наесться досыта. А на человеческих землях полно коз, коров, мелкой птицы и самих людишек просто тьма-тьмущая развелось.

Призывающие к осторожности голоса звучали всё реже и реже.

Неожиданно молодые оборотни принялись прислушиваться, а затем дружно задрали частично изменённые морды вверх.

Следом за молодыми подняли головы и вожаки и, глядя на них, все остальные. Тихий, едва слышный по началу гул, постепенно нарастал, приближаясь.

Племя заволновалось. Идущий с неба гул не влёк за собой явной опасности, но всё равно неуютно. Чуть позже стали видны три толстые птицы необыкновенно быстро режущие небесную гладь. Издающие гул, никогда и никем невиданные, птицы пролетели мимо, но от них отделилось множество точек.