Танец смерти

— Я предупреждал, чтобы без фокусов, — мерзко скалясь, Мясник навис над Тельзой.

— Благодетельница сраная, — кивнул Уж. И новые вспышки боли расцвели на скуле и виске. Мир пошатнулся и стало дурно.

— Полегче, — услышала Тельза сквозь плавающее сознание голос Кудрявого, — нам ещё работать.

Девушке было так плохо и больно. У неё началась истерика. Её колотило, она уже не понимала, что происходит. Кто-то снова подходил к ней предлагая помощь, но она не могла и слова сказать. Лишь рыдала все громче и отчаяннее.

Так длилось бесконечно долго, но время сейчас для Тельзы перестало существовать. Оно слилось в одно пятно из боли и отчаяния.

Окна домов отразили первые отсветы рождающегося рассвета. Сильные руки перекинули девушку через плечо и потащили куда-то. Куда, ей было уже плевать.

— А не плохо на ней заработали, — разобрала она сквозь гул в ушах.

— Да, Спрут знает, кого приводить.

— Тупая только.

— Ничего, научим, — хохотнули гадко. На мыслях, что это ещё не конец, что ей не дадут умереть, не выбросят в канаву и уж тем более не выпустят, девушка окончательно забылась.

Тельза разлепила слипшиеся веки, безразлично водя взглядом. Она снова ехала в той же повозке среди тех же людей и всё, что случилось этой ночью - не дурной кошмар.

Непроизвольный стон слетел с пересохших губ. Тело окаменело, а попытки пошевелиться отдавали ломотой и разрядами молний по нервам.

И самое ужасное, никто не поспешил подойти к избитой девушке, не предложил глотка желанной воды. Всем было абсолютно безразлично её состояние.

Слезы зажгли глаза, задрожали губы, и она отчаянно закусила их до крови чтобы не расплакаться от бессилия. Тельза вдруг испытала странное чувство, словно раскалённым прутом заклеймили само сердце. И клеймо жгло так, что руки сжимались в кулаки. Это чувство было ненавистью.

Глава 3

На привале к девушке, оставшейся в повозке, подошел Маркус. Он заботливо помог присесть. Поднёс к её потрескавшимся губам бурдюк с водой, а рядом оставил обед.

В синеве его глаз плескалась жалость и капля укора.

— Малышка, я же просил, будь хорошей девочкой. Почему ты не послушалась? — посетовал он.

Вожделенная влага смочила першившее горло. Тельза облегченно вздохнула.

— Я не подписывалась на воровство, — посмотрела на парня с осуждением. — И заниматься таким не хочу.

— Ох, Малышка. А ведь когда нужда тебя заставила, ты как раз этим и занималась, — поцокал тот языком.

— Это другое... Я чуть не умерла от голода.