Охотники за памятью

Но, по правде говоря, мне достаточно и того, что Крейвер готов на такую проверку, и ему не страшно, что его приложит побочными эффектами. Это значит, что он и в самом деле ничего не скрывает и очень хочет мне это доказать. Я вам верю.

Я испытал облегчение – внезапно с лёгким налётом разочарования. Значит, пытать меня не будут. А почему я об этом как-то смутно жалею? Что это – желание прослыть мучеником за правду?..

Радуйся, дурень, что не потратишь диск, валяясь в «откате».

– Вот ключ. – Алейя сняла с шеи цепочку с ярко-фиолетовым камнем, огранённым в виде короткой палочки.

– Он открывает проход в пещеру, где сейчас живёт Нимсир. Где находится пещера – я вам расскажу только на словах. Никаких схем и планов не дам, и вы не вздумайте их рисовать.

– Понимаем, само собой. – Ример принял цепочку и почтительно надел на шею.

– Ключ работает не постоянно, а только в первую и десятую долю каждого диска, то есть в самое безлюдное время. Где вход – слушайте…

Колдунья описала, как найти место использования ключа в скалах на правом берегу местной реки Уварри.

– Идти туда от столицы от силы доли три, – прикинул Ример. – Можем прямо сегодня сходить.

– Если у командира других планов не окажется. Мы и так уже задержались в городе.

– Разберёмся, – отмахнулся мой друг. – Спасибо за доверие, госпожа Алейя. Когда вернёмся – зайдём к вам, расскажем, как всё прошло.

– Да уж, буду очень ждать. – Колдунья слабо улыбнулась. – Удачного похода. И… Привет ему передавайте.

Мы откланялись и вышли на крыльцо.

Время уже перевалило за третью долю, и на улицах было многолюдно. А мы с первой доли уже на ногах… Я только сейчас почувствовал, как устал. Вдруг захотелось присесть на скамейку в ближайшей подворотне и чуток подремать.

– Слушай, мне до сих пор не верится, что всё прошло так просто, – заговорил я, чтобы отогнать сонливость. – И быстро. Вроде бы вот только что на нас Мит орал – а вот мы уже всё провернули и идём от колдуньи с ключом. Неправдоподобно как-то.

– А вот знаешь, – задумчиво произнёс Ример, – если честно, мне много что в нашем мире кажется странным и неправдоподобным. И есть у меня насчёт этого одна теория. Но тебе она не понравится.

– Мне много чего в нашем мире не нравится, – передразнил я друга. – А что делать-то? Оно так есть, и деваться от этого некуда. Говори уж, раз начал.

– Можно предположить, – помолчав, неохотно заговорил колдун, – что наш мир уже на изрядную часть состоит из чужой памяти.