Охотники за памятью

Так? – Нимсир кивнул. – Ну вот, хоть на один важный и мучивший меня вопрос я получил вполне нормальный ответ. – Я махнул рукой и пошёл к выходу из пещеры, но через пару шагов остановился и обернулся. – Алейе-то что скажешь? Чтобы мне не ляпнуть потом что-то невпопад.

– Скажу, что найти нужные воспоминания – дело не быстрое, – невесело усмехнулся Нимсир. – А потом… Придумаю что-нибудь. Опять же в зависимости от того, что ты решишь делать.

– Не страшно будет умереть? – вырвалось у меня. – Не тебе, Антон. Уйди пока. Я у Нимсира спрашиваю.

Бывший ученик моего учителя посмотрел мне в глаза.

– Страшно, Крей, – тихо сказал он. – Ещё как страшно.

– Я так и думал, – кивнул я и развернулся к выходу.

Я сидел на берегу Уварри и не мог заставить себя двигаться дальше. Шустрая речка лежала передо мной непреодолимым барьером. Здесь, по эту сторону, обитал кошмар. То, что я узнал о себе, я не мог назвать по-другому. На противоположном берегу начиналась обычная жизнь, реальная для меня – и я не хотел тащить свой кошмар туда.

Вот, значит, как… А я-то удивлялся: откуда при отсутствии памяти у меня какие-то моральные принципы? А это, оказывается, «зашито» в характеристики персонажа, и наверняка все диалоги прописывались с учётом этих качеств личности. Кстати, интересно было бы узнать: а какие из моих разговоров с разными людьми здесь – на самом деле не мои, а сценарные? Или, может, вообще все?..

Сюжетная линия персонажа обычно бывает прописана от и до. На каждое «ветвление», на каждую ситуацию выбора – свои скрипты.

Ну что ж, надо признаться, что такой «кукловод», как Галя, мне по душе. Решения, которые я принимал до сих пор, кажутся мне верными. Разве что… В каких-то ситуациях мог бы быть и посмелее. Я вздохнул, вспомнив Миру. Она ведь тоже важная сюжетная NPC, идеальная спутница для героя. Но вот только… Что-то мне подсказывает, что её поведение не объяснить прописанными скриптами. По сценарию нам наверняка надлежало давно уже стать парой. А она… Она вела себя так, как считала нужным сама, так, как было лучше для меня – это я теперь отчётливо понимал. Выходит… Она тоже живая! Она настоящая. Она чувствует! Галя, Галя… что же ты натворила?

Я беззвучно застонал и стиснул кулаки.

Галя… Там, в пещере, когда Нимсир помог мне «прочитать» несколько образов из её памяти, я отчётливо разглядел её, как видят себя в зеркале. Девушка лет двадцати пяти, тёмные вьющиеся волосы. Круглое, немного детское лицо. Карие глаза, круглые, как у совы. Муж так и звал её – «совушка».