Чтец эмоций. Законы мести

Он уже мысленно докладывал о только что полученных новостях своему боссу.

- Через сутки эти сведения у меня будут, - пообещал кабатчик. – Скажи, а все-таки зачем было проникать в мой кабинет столь необычным способом?

- Во-первых, не хотелось, чтобы о нашей встрече кто-нибудь знал, во-вторых, стремлюсь постоянно пополнять свой опыт. С подобной системой защитного контура я еще не сталкивался, впрочем, слабых мест и тут очень много.

- Если не секрет, каких?

- Прошу прощения, уважаемый Кигир, но своими находками я стараюсь ни с кем не делиться.

- Завтра. В это же время я постараюсь вернуться в кабак. Цена - один золотой.

- Договорились, деньги под твоей чернильницей. Заходить будешь через парадный или потайной вход?

Глаза кабатчика заметно расширились, однако ответил он спокойным тоном:

- Через парадный.

- Хорошо, встретимся по дороге.

Фокусник подошел к Кигиру, пожал тому на прощание руку и вышел. Кабатчик выскочил буквально за ним, однако в коридоре уже никого не заметил.

- Лирс, мимо тебя никто не проходил?

- Вроде никого не приметил, - пожал плечами бармен.

- А это что? – хозяин заведения указал на неплотно прикрытую дверь.

- Сквозняк. Да что стряслось?

- Пока ничего страшного. – Кигир не хотел показывать свою растерянность. - Мне срочно потребуется отбыть в город.

- Сколько ребят готовить?

- Двоих достаточно. Через четверть часа пусть подходят. Да, еще, - вспомнил кабатчик, - отправь кого-нибудь к Дираму.

Через минуту он вернулся в кабинет:

«Ловкий мужик! – Восхищенно покачал головой Кигир, подняв чернильницу. – И клинки свои забрал, и монету подложил. Когда только успел? И ведь никто не видел, как он попал в кабинет! Не хотел бы я такого человека иметь среди своих врагов».

Утром Шерз получил еще одно напоминание о задании. Письмо оказалось завернуто во вчерашнюю газету, оставленную на столе.

Ночью учитель ворочался и плохо спал - не давали покоя мысли о Кугале.

Мужчина почти решился на побег: собрал вещи, оделся, но в результате направился не к выходу из города, а в школу, поэтому и пришел очень рано. В учительской никого не было, однако кто-то уже успел положить послание на стол.

«Наверняка ночью притащили. И я даже понятия не имею, кто бы это мог быть! Вряд ли дежурный преподаватель, это было бы слишком просто».

Он развернул сложенный шестиугольником лист бумаги.