Добролюб

— Благодетель… — заплакала, ещё сидящая на коленях женщина —…есмь Правда на земле… лошадь-то нашу с телегой извели, самим впору побираться… а всё они… откель на землю нашу та зараза пришла… да и лжа про богов вятичей изрядная от Фёклы идёт… а ноне зрю — сам Велес с Добролюбом на подмогу дитю малому пришли, знамо вы и есмь Правда наша! Во веки веков есмь!

* * *

Пока возвращались к острову, Велес поинтересовался каким ядом травили девочку.

— В моём мире он называется мышьяк. Страшная штука: если давать его понемногу — у человека начинаются те же признаки, что и у Гната.

Видимо, он не всегда проглатывал снадобье, что давала ему эта Вассия.

— А поведай, для коего дела погибель для дитя сподобили?

— Не погибель, а полное послушание, даже в мыслях. Что скажет настоятель, то и будут говорить и делать.

— Вот же тати треклятые…

— Ну, у них это в заповедях написано: «Раб божий». А командует рабом такой вот настоятель. Он и на смерть послать может, и убить любого, даже близкого родственника, заставит.

Уже у самого берега Велес вдруг остановился и молвил:

— Мыслю я, Добролюб, опосля Сварога с Ладой дён46 сподобим ведовство твоё. Дабы стал ты ведуном изрядным. Передам тебе изрядную толику вед своих. Время твоё настало…

— Какое время? — не понял Иван.

— Воем стать, да оберегом земли тутошней. От всех ворогов, кои коршунами слетаются, да змеями приползают. Ужо отольются им людские слёзки. Как есмь отольются.

А ноне тяжёл день был. Ступай, утро вечера мудренее.

* * *

Утро следующего дня встретило Медведева проливным дождём. Он хоть и рано проснулся, но ливень всё ж опередил его: с крыши, по краям отверстия вокруг дымохода, уже не капало, а вовсю лилось. Ни Аглая, ни Серая с Карычем не посмели будить Добролюба, отчего получили от него нагоняй: такие ЧП нужно решать оперативно. Ещё не отойдя ото сна, он, тем не менее, быстро расчертил и аккуратно разрезал ножом нужные размеры, и уже через полчаса над крышей возникла небольшая труба.

Чтобы потоки воды не лились внутрь дымохода, Иван прикрепил на верхушку трубы глиняную чашку — одну из тех, что сам сделал. Тут же пришлось укрывать листьями большого лопуха и оба улья, чтобы те не залило совсем.

Пока непогода свирепствовала снаружи, он занялся постройкой стола, благо ещё вчера затащил внутрь несколько обрезков дубовых стволов — остатков от покрытия крыши.