Добролюб

Оборкался? Ну, полетели!

_________________________________________

34 Отрывок из песни Н.Носкова «На меньшее я не согласен»

35 Руке (старослав.)

36 Казаться (старослав.)

Глава 7

Ночное такси, в лице почти точной, но больших размеров, копии низкорослого существа, повстречавшегося у речки Смородинки, доставило Добролюба прямо к его жилищу. Серая и Карыч в первый момент остолбенели, когда старший анчутка осторожно опустил Ивана на землю, да ещё, вися в воздухе, поклонился ему. Потом посланец Нави резко взмахнул крыльями и исчез в ночном небе.

Медведев устало потянулся, зевнул и, дойдя до своего старого жилища, быстро расположился сзади него.

Ночные приключения заставили Медведева проспать почти до обеда. Разбудил Ивана разбудил мерный стук топора. Он сладко зевнул и открыл глаза. Снова дзенькнул чей-то топор, и молодой человек выглянул из-за кабины. Рядом с кучей брёвен, заботливо расставленных рядком, трудился Сварог. Был он без рубахи, в коротких портах, напоминающих шорты, да с перевязанной очельем пышной шевелюрой.

— С Навью решил знакомство устроить? — вместо приветствия поинтересовался Великий Кузнец.

— Трудности у них нынче. Там всё очень серьёзно, — в тон ему ответил Иван.

— Никак, Кащей из Мариных пут освободился?

— Если бы! Чужие пришли. Серьёзные персонажи. Тут в пору Кащея самим вызволять.

— Вона как… и кто ж такие объявились?

— Мыслю, ты о новой здешней религии ведаешь?

— Так.

— А с ней и эти пришли.

Вроде как Навьего рода, да злее и коварнее. Маре против них со своими подручными не выстоять — в её воинстве свой раздрай наметился. Поэтому и попросила меня помочь.

— Тебя? А ты каким боком тут?

— Водяной к её царству относится?

— Истину так.

— Если пришлые верх одержат, они и Водяного под себя подомнут, а через него к людям и острову выйдут.

— Стало быть, ты решил ей услугу оказать? А сдюжишь?

— Попросил кое-что изготовить, воду мёртвую приготовить, да серебра раздобыть, желательно в виде оружия.

— Сребро? Хм… мягкий металл. И пяти минут супротив кованого не выстоит.

— Тут дело не в крепости, а в обряде, которого пришлые боятся. Если бы саблю мою серебром сверху покрыть — вот это было бы дело!

— Саблю? Сребром? Постой, а ты не про тех баешь, кои в твоём мире обитают? В тёмных у них… обожди… диавол, так?

— Угу. Он самый. И сюда добрался.

— Знамо истину ты глаголил, когда о нонешней вере людской говорил.