Спасти Эсквиллан

Если ты говоришь, что орки пылают к Эске ненавистью, ее там не разорвут на сходе?

– Туда ей и дорога, – с злостью заметил Ргайн.

– Мне так не кажется. – Я постарался добавить в голос металла. – Она моя собственность, а свою собственность я привык защищать.

Ргайн сразу сдулся, решив не спорить с вождем. Меня же успокоил Сантор.

– Не переживай, – улыбнулся он, – я найду аргументы… ничего ей не будет.

– Хорошо, – кивнул Хумм, – допустим, собрали мы Великий сход и выбрали Толяна Вождем степи.

А дальше? Атаковать эльфов? Вряд ли это будет правильным шагом.

– Они сами придут в степь, – убежденно заявил маг, – как только узнают о сходе. Они точно не будут ждать, пока мы сами придем к ним в гости. Эльфы не любят сражаться на своей территории.

– Ты прав, – кивнул Хумм. – Итак, план принимаем? – Он оглядел всех присутствующих. Дождавшись одобряющих кивков в ответ, продолжил: – Думаю, что при таких раскладах я смогу организовать сход через месяц.

– Хорошо. – Сантор бросил на меня задумчивый взгляд. – Будет время подготовить нашего вождя как следует.

– Это надо отметить, – торжественно произнес Блайн. – Сегодня здесь решается судьба орков.

– Не слишком ли громкое заявление? – скептически осведомился я.

– Нет! – практически хором рявкнули трое орков.

Хумм махнул рукой, и из темноты возникла уже знакомая мне орчанка с подносом, на котором возвышались три объемистых кувшина и традиционная закуска из мяса, сыра и хлеба.

Поставив поднос перед нами, она исчезла. Шаман разлил вино по кружкам.

– Итак, за победу. За нашу победу! – провозгласил он первый тост.

И началась обычная пьянка. И скажу я вам, она мало чем отличалась от подобных пьянок в моем мире. Темы вечные, особенно если о бабах… А еще я рассказал Сантору о наших пословицах и поговорках, о русском менталитете, про наши обычаи. Похоже, он даже старался запомнить наши поговорки.

А когда я спьяну упомянул о прекрасном блюде под названием «холодец», он заинтересовался и поклялся воспроизвести его. Лишь эльфийка, умяв щедро выданный мной огромный кусок хлеба с сыром, оставалась трезвой, с безразличием наблюдая за нашей пьянкой. Признаюсь, что к концу ее я был изрядно пьян. Да и мои собутыльники выглядели не лучше.

Хумм, кстати, оказался прекрасным рассказчиком и, даже будучи пьяным, умудрялся внятно говорить.