Спасти Эсквиллан

– Нет! – В голосе эльфийки прозвучали панические нотки. – Не смей…

– Все-таки я тебе его напомню. – Я развернул перед глазами картинку со сразу всплывшим заклинанием. – Ты становишься моей рабыней. Любое действие или помыслы, идущие мне во вред, будут причинять тебе невыносимую боль. А вот выполнение моих желаний наоборот… Дальше ты и сама знаешь.

Я также знал, что если умру, то умрет и она. Хотя заклинание допускало мизерный шанс выживания рабыни, но уж слишком ничтожным он был.

– Нет!.. – отчаянно закричала эльфийка, но я уже сделал нужный жест, и девушка, закрыв глаза, рухнула на песок.

В следующий миг я почувствовал, как мое сознание куда-то уплывает.

Я осторожно приоткрыл глаза. Как же болит голова… Огляделся. Какая-то знакомая комната… Ох! Вспомнил. Я же у орков. Но мы вроде должны были на караван напасть. Интересно… мы напали… последнее, что я помнил, это схватка, развернувшаяся пред моими глазами. И гибель Банна.

Я выругался и попытался сесть. С трудом, но получилось. Немного кружилась голова, но боль постепенно проходила. В следующий миг в комнату ворвались мои жены. Я был обласкан, расцелован и ощупан с ног до головы, выслушал признания в любви, затем этот ураган исчез, оставив меня с появившимися следом Блайном и Хуммом.

Хумм сел на стул и внимательно посмотрел на меня.

– Как ты? – осведомился он. – Вроде никаких повреждений у тебя я не обнаружил.

– Нормально, – успокоил я его, так как действительно чувствовал себя вполне сносно.

Но тем не менее шаман поводил руками вдоль моего тела и облегченно выдохнул.

– Целехонек, – заключил он и грозно посмотрел на потупившегося Блайна. – Кто-то обещал сохранность вождя! Тебе повезло, Блайн. Сильно повезло! Ты понимаешь это?

– Понимаю.

Неужели маг испугался? Похоже на то. Я был удивлен.

– Банн погиб… – с горечью сообщил я шаману.

– Он славно сражался, – кивнул тот, обменявшись взглядами с колдуном банды, – и он останется в нашей памяти героем. Мы его помянем сегодня вечером. Но сейчас вернемся к живым. Боги оставили тебя в живых. Я хотел бы узнать, что ты помнишь о нападении на караван.

– В том-то и странность, – признался я. – Помню бой, помню, как погиб Банн, а после как отрезало.

– Странно, – кивнул шаман, – согласен.