Две силы

Разрывали их только заборы, за которыми скрывались небольшие дворики. Лишь далеко впереди в этой стене замаячил едва заметный провал – какой-то переулок.

- Надо туда! - махнул рукой Валера, надеясь докричаться до Чизмана. Тот вроде бы услышал. Они все ускорились, пытаясь оторваться от толпы. Но мужики уже нагоняли их.

Программист обогнал своих спутников и свернул к той улочке. Он прижался к углу, надеясь прикрыть остальных.

А потом прямо из-за его спины вынырнула конница Святого Воинства. Несколько всадников в этих белых одеяниях с крестами прогарцевали по мостовой, развернулись и врезались прямо в бегущую толпу.

Никто не стал церемониться. Разъярённые мужики принялись отчаянно отбиваться, а рыцари в ответ обнажили мечи. Валера вжался в стену здания, буквально утянув за собой отстающую Ивори. Он закрыл глаза, слыша, как дико ржут лошади, орут рыцари, перекрикиваясь между собой, и как с хрустом врезаются лезвия мечей в тела преследователей. Их сбивали на брусчатку, топали копытами и рубили наотмашь. Ещё недавно смелая толпа вновь начала спешно разбегаться по сторонам.

Пьер, Теллари и Фенрис пробежали чуть дальше и оказались рядом с Чизманом, который уже перебежал на другую сторону переулка. Программист махнул парню рукой, указывая куда-то вглубь улицы. А потом повёл туда своих спутников.

- Пойдём! – Валера потянул девушку за собой. Но тут ещё один конный отряд вынырнул из переулка. Они едва успели увернуться от несущихся лошадей. Один всадник заметил их и грозно двинулся прямо на парня.

Грохнул выстрел и тот свалился вниз, загремев своими латами.

На шум обернулись остальные, буквально разметав толпу своими скакунами.

Чизман бросился прочь со всех ног. За ними остальные. Пока конница разворачивалась, они уже успели скрыться в следующем переулке. Туда же унеслись всадники, отстукивая по мостовой.

Валера выдохнул. Вокруг носились люди, в какой-то панике. Вся улица позади была залита кровью. Всюду лежат изувеченные тела, по которым бегут выжившие. Кто-то пытается ползти, оставляя за собой след из собственных кишок.

Сипит, захлебываясь кровью, искалеченный мужик, от которого осталось лишь одно туловище. А там, вдалеке, где уже горела лавка алхимика, подсвеченные бушующим пламенем, надвигались другие отряды всадников. Неслись прямо сюда, гоня перед собой перепуганных людей. Инквизиция никого не собиралась щадить. Парень вдруг понял, что тот погром, который они видели днём, рыцари разгоняли по-доброму. А вот теперь никто не собирался сдерживаться.