Рунное наследие 2. Кровная месть

Толстый торгаш, предлагающий проходящим мимо покупателям купить его уникальный товар, всё чаще и чаще поворачивался в ту сторону, куда ушли его подельники вслед за юнцом. В предвкушении богатства, что он заполучит, лавочник уже мысленно представлял, как станет самым важным человеком на рынке и ему больше не придётся заискивающе улыбаться перед каждым, кто подходит к нему с целью что-то купить. Нет, теперь ему будут кланяться и приносить дары. С амулетом Правды можно хорошо подняться в жизни, если знать где применить способности этой удивительной вещи.

И лавочник знал немало кланов, где пригодились бы люди с таким амулетом.

Размышления толстяка прервал хлопок по плечу. Такую вольность мало кто позволял себе из знакомых торгаша, поэтому он тут же подумал на тех, кому предложил по золотому за вещи мальца.

– Долго же вы, – заворчал лавочник. – Вот я думаю, может по серебрюшке у вас высчитать за… – замолчал он, наконец обернувшись и увидев стоящего перед ним того самого юношу.

– Ну что, не узнал? – Квэн дёрнул уголком губ.

– Эээ… ты… как… А где…

– Так нет их больше, – Квэн наслаждался замешательством толстяка. – Как и того, которого ты отправил за мной, когда хотел забрать мою свирель. Помнишь?

Торгаш изменился в лицу и Квэн прочитал наконец-то узнавание в его глазах. Нож одарил носителя волной теплоты и наслаждения от эмоций жертвы.

– О, теперь вижу, что узнал, – растянулся в улыбке Квэн. – Я пришёл за должком…

Толстяк не стал дожидаться, пока юнец выговорится и закричал, что было сил:

– Стража! Грабят!

Из-за того, что на рынке часто происходили грабежи, его ряды постоянно патрулировала городская стража, да ещё в таком количестве, что любой торговец мог докричаться до ближайшего блюстителя закона.

Квэн знал об этом, но его нисколько не смущал подобный факт, даже наоборот – придавал остроту от ощущения опасности, и дух ножа повлиял на то, чтобы его носителю нравилось это чувство.

– Интересно, и много ты убил ради наживы? – спокойно спросил Квэн у лавочника, не обращая внимания на его выкрик.

– Да пошёл ты…

– А если так, – Квэн достал амулет Правды и зажал в руке. – Ещё раз спрошу: многих ты убил ради наживы?

– Нет, – ухмыльнулся тот, не столько из-за того, что уже слышался приближающийся топот стражников, сколько от своего ответа, который не нёс в себе толком никакой конкретики.

– Хм, – Квэн оценил своё положение и нашёл это забавным: на него явно сильно влияет нож.