Торговец

Порядком износившийся элемент доспехов для своего основного предназначения, отражения ударов, уже давно не годился, проржавев насквозь, но с помощью толики магии мне удалось создать из него прекрасный заменитель зеркала, одновременно придав прихожей благородный вид и сэкономив на жутко дорогом творении стекольщиков кругленькую сумму. Небольшой полудрагоценный камешек, размещенный над створками в обрамлении медных нитей, засветился, посылая к ручкам волну магии, и двери, будто открытые невидимым дворецким, медленно и торжественно, словно крепостные ворота гордой крепости, распахнулись.

На более быстрое открывание у моего артефакта банально не хватало мощности. Но об этом никто не знал.

– А почему во множественном числе? – подозрительно осведомилась девушка, оказавшаяся снаружи. – Ты ждал кого-то еще?

Тщательно уложенная прическа, свободная белая блузка, очаровательно топорщащаяся двумя симпатичными холмиками на груди, довольно короткая, обрывающаяся на добрую ладонь выше ступней, облаченных в синие щегольские сапожки, юбка, небрежно зажатый под мышкой злополучный словарь… проклятье! Мои планы на вечер и, главное, ночь явно могли встретить полное понимание и поддержку.

Но этот ужин, сожри его демоны и отравись при этом… Лишь бы она не учуяла запаха с кухни. Иначе после ухода такой красотки придется с горя выпить вино самому и догнаться пивом. А последствия такого запоя станут ужасными даже для потомственного варвара, невзирая на унаследованное от предков, чтобы они в могиле смирно лежали и, главное, оттуда не вылезали, здоровье.

– Асанта, как ты могла такое подумать, – в притворном ужасе возмутился я, загоняя ярость поглубже и доставая взамен порядком запылившееся знание этикета.

– Ой, а это что? – Носик шагнувшей в башню полуэльфийки сморщился, а глаза, напротив, распахнулись. – Суп из златолиста?!

– Он, – сознался я раньше, чем успел подумать, и внутренне обмер.

Неужели ЭТО хваленый эльфийский деликатес? И я его приготовил правильно?! Нет. Нет. Нет, не может быть, потому что быть не может. Это варево палачам инквизиции продавать можно: сунуть миску под нос обвиняемому – и он сам во всем признается, лишь бы его быстрее сожгли.

– Ты с ума сошел! – На лице Асанты появилось какое-то мечтательное, восхищенное выражение.