Торговец

– Пока мы все же недостаточно хорошо знакомы, чтобы я могла пойти на такое с ясной головой. А потом будет уже поздно останавливаться на полпути. И потом, про последствия супа из златолиста такое рассказывают… я хочу попробовать!

Олаф. Будущий драконоборец

Портал, которым ушли из подземелья Аксимилиан и эта прилипчивая эльфийка, закрылся, и я собрался уже было попробовать активировать перстень, чтобы вернуться обратно на Землю, но заметил крайне отрешенный вид призрака. Дух явно о чем-то думал, сосредоточившись до предела и слегка колыхаясь, будто под порывами несильного ветра, о чем-то очень неприятном, если, конечно, те навыки физиогномики, которые у меня имелись, работали в отношении не только живых людей, но и тех из них, что перешли к альтернативным способам существования.

– Чего тебе надобно, старче? – задал я нежити фразу, которая запомнилась из сказок, рассказанных бабушкой.

Привидение меня проигнорировало, не желая выходить из своего созерцательного состояния.

И что теперь с ним делать? За плечо потрясти? А как бы его еще ухватить-то? Оно же нематериальное!

– Страшно, – вдруг сказал король-покойник, встряхнувшись всей своей полупрозрачной фигурой, как вылезший из воды пес.

Хм… сказанное как минимум заслуживает внимания. Чего может бояться мертвый? Вопрос немедленно был переадресован дохлому родственничку, и призрак, немного помолчав и поколыхавшись, соизволил на него ответить:

– Аксимилиан – мой единственный живой потомок.

Из тех, кого я знаю, а значит, и могу найти. Парочка неучтенных бастардов, конечно, имеется, мертвые чувствуют такие вещи, как живая и родственная им кровь, но… они не знают меня, я не знаю их. А значит, их матери – простолюдинки, попавшиеся мне на глаза по молодости, когда, будучи еще принцем, инкогнито шлялся где попало. Их права на престол доказать будет не только сложно… нет у них прав. Если честно, у половины знати, которая была родней династии по женской линии, более веские основания на трон претендовать…

– Да сдалось тебе это кресло, или на чем тут у вас короли сидят, – фыркнул я, полный радужных мечтаний о том, что скоро смогу получить несколько десятков килограммов желтого металла, так ценимого банковскими системами.

Скорее всего, вырученной за золото суммы хватит с лишком, чтобы покрыть мои долговые обязательства. С большим лишком.