Пепельная столица

Площади пересекали столы, погребенные под ломтиками нежного мяса, запотевшими графинами настоек и сочными фруктами. Невысокие дома, покрытые неровным слоем пожелтевшей штукатурки, окутывала паутина начищенных бронзовых труб. Разноцветные платки украшали покатые, черепичные крыши и бельевые веревки, натянутые через улицы. Чествуемый теплый ветер спускался со светло - лилового неба и танцевал на лоскутах легкой ткани. Он пел голосом бронзовых инструментов и гулял вместе с пестрыми, беззаботными компаниями.

Ветер старался унести переживания о надвигающемся кризисе, он не мог залатать потрескавшиеся стены и разбитые дороги, а также починить дребезжащие корабли. Пепельных он тоже не соблазнил на участие в вечерних гуляниях, так как тумаки поддатых гуляк перевешивал ласковые прикосновения бриза.

Нуаркх покинул улицы, назойливо гремящие ликующими голосами, в кузове телеги, на дне которой бледнели крошки хлеба и клочки перьев. Колеса поскрипывали на погнутой железной оси, немолодой пернатый зверь тащил ее по разбитой дороге из пепельного пустынного гранита.

Две мускулистые лапы, покрытые пятнистой серо-желтой шестью, цеплялись за выбоины серпами когтей. Длинная шея с бледными проплешинами клокотала от тихого хрипа, на острой четырехглазой морде выступили капли пены. Погонщик неспешно брел рядом и чесал уставшее животное за острым ухом. Бледный давно оставил за сутулыми плечами юность и прятал под плетеной шляпой безобразный ожог, тянувшийся через шею и правую скулу.

‑ Саррин, только на борт не наваливайтесь, может обломиться, – встревоженно предупредил он, услышав пронзительный скрип, к которому привело неосторожное движение тоннельника, ‑ пепельные, Карлик их забери, задрали цены, даже на горсть гвоздей не хватает. Скоро корабли начнут разваливаться прямо в небе.

‑ Вернетесь к костям и коже, – Нуаркх отмахнулся от назойливого пернатого зверька, норовившего сесть на макушку.

‑ Шкурами доски не сшить, а костями не дорыться до парящего камня, – покачал головой крестьянин, а затем добавил невеселым, скрипучим голосом, ‑ все как в прошлый раз. Так надеялся, что новой войны на моем веку уже не случиться...

‑ Казалось у вас традиция кидаться друг на друга раз в полвека. Уже давно пора,  – небрежно бросил тоннельник, бледный потер ладонью взмокшую шею и сухо рассмеялся.