Пепельная столица

Неужели война и правда… – Обескураженно прохрипел один из караванщиков, слова застряли в задрожавшем горле, алебарда выскользнула из вспотевшей ладони. Раздался грохот раскалывающихся коробок, которые небрежно скидывали с ходока:

‑ Кочевников или даже Зверерожденных, вы видели, я готов отогнать, но на этот шкатаак я не подписывался! – оправдался сутулый охранник, забираясь в седло, – извини, Паартак! Прошлой войны мне на всю жизнь хватит.

‑ Беги, Хаэкран’Каэт, и твой труп найдут с арбалетным болтом между лопаток! – разгневанно прохрипел бывший страж, отмахиваясь от дезертира, ‑ с шестью аркбаллистами мы отгоним этих жалких акрати!

‑ Ума лишился?! Сотню небесных всадников не отгонит все Внешнее Кольцо! – испуганно возразили из толпы.

‑ Это не небесные всадники. На Хоаксах брони нет, – не согласился прищурившийся Нуаркх.

‑ Даже одноглазая костяшка все видит, а вы наложили в штаны! Небесные всадники не идут в авангарде, они истребляют дирижабли и прикрывают дредноуты! – пророкотал Паартак, пенящаяся слюна слетал с глубоко потрескавшихся губ, ‑ вас обманули, словно полоумных Грязерожденных, которые сидят на грибах и собственной моче! Они разделятся на клинья по шесть тварей.

Несчастные Хаэкран’Каэт, выбравшие нас, подавятся зазубренными болтами!

‑ Развернуть аркбаллисты! Лаарак,Хаэкран’Каэт! Дюжина метров слева от каравана! Остальным сидеть под “подарками”! Не разбегаться! – прогремел поставленный ор Паартака, приводя оцепеневшую толпу в движение.

Погонщики остальных двух Нар’Катиров подхватили зычные команды, – оставить на ходоках только самый ценный товар, остальное сбросить! Как начнем стрелять, галопом к Саантиру! Шевелитесь! Лаарак!

Давка под Нар’Катирами снова усилилась, ходоки низко и тревожно зарычали, а воздух загудел от какофонии голосов. Паартак окончательно запутался в сетке, чувства караванщика туманила лихорадка. Раненые, напуганные своей беспомощностью, норовили ненароком задавить барахтающегося стража.

Не придумав ничего лучше, Нуаркх со свистом выхватил трофейный змеиный клинок, и рассек сетку правее бывшего стража. Когда тонкий разрез начал стремительно расширяться, Нуаркх осознал, что даже если тучный страж переживет падение, то лапы взволнованных ходоков не дадут ему подняться. Не оставив себе выбора, тоннельник громко выругался и поднырнул под караванщика. Сквозь царящий вокруг гомон он отчетливо расслышал, как щелкнули пластины на спине.