Серебряный. Отголоски судьбы

Клит поднял всех их людей, находящихся в городе, и они прочесывали нижний район, начиная с притонов и домов утех и заканчивая жилищами обычных горожан.

Следующими кого подключил Димостэнис, были каратели и отряды «летунов», которые кружили в воздухе, на всякий случай, если кому-то все же удастся прорваться сквозь закрытые границы.

Город не спал. Город притаился и ждал, что будет дальше.

- Это произвол, - все же высказал ему Лиарен. Дим не понял, как осуждение или просто констатация факта, он просто сделал вид, что не услышал.

Он готов был превратить этот город в руины, если это понадобится для того, чтобы найти сестру.

Мены спустя показавшимися вечностью из-за дома вышла Элени в сопровождении смертного. Подняла глаза, увидела его и побежала навстречу. Даже не подумав прикрыть себя хоть каким-нибудь энергетическим щитом. Дим бросился вперед, на ходу сплетая одну из своих формул защиты, набрасывая на сестру, как только она поравнялась с ним. Прижал дрожащую девушку к себе и выдохнул, сбрасывая дикое напряжение.

- Дим, - тихо плакала Элени, - Дим.

- Тебе причинили какой-нибудь вред? – он слегка отодвинул ее от себя, бегло осматривая ее с головы до ног, - тебе где-нибудь больно?

Она покачала головой и снова прижалась.

- Малышка моя, все закончилось. Успокойся. Ты со мной.

- Они убили Малани, - горе Элени прорвалось горячими слезами.

- Она в обители. Все будет хорошо.

Димостэнис поднял глаза на то место, где только что стоял смертный.

Дим сошел с моста и нырнул в темноту узких улочек нижнего района. СлезыЭлени жгли лицо, он все еще чувствовал испуганную дрожь ее тела, прижимавшегося к нему. Это уже не может остаться безнаказанным.

Для начала он поговорит с глазу на глаз с этим смертным. Пока это самый горячий след.

Хьярт был переполнен. Он кожей, волосами, каждой клеткой тела чувствовал любые энергетические потоки, проходящие сквозь небольшие жилища, испуганно зияющие темными глазницами оконных проемов.

Впрочем, живых энергетических линий здесь было не так много, как и в любом жилом квартале, где одновременно могло находиться сразу много человек.

Яркой вспышкой прорезалось сильное плетение. Дим узнал свою собственную формулу. Ошейник бессилия, который он надел на одного из напавших на штаб.