Серебряный. Отголоски судьбы

- Да, мы тоже не особо поверили в то, что все это они сотворили только для того, чтобы избавить своего дружка от плетения. В общем, нам удалось вытащить из них имя.

- И? – Димостэнис нетерпеливо подался вперед.

- Якобы некий кир Алаистэ.

Дим закрыл глаза, пытаясь собрать в голове обрывки ускользающей информации.

- Приют Алаистэ, - медленно выудил он из запасников памяти.

- Ты что-то знаешь? – живо поинтересовался Ориф.

- Видел название на одном документе. Мне это ни о чем не сказало, и я не стал интересоваться.

- Есть возможность снова посмотреть его?

Димостэнис фыркнул.

- Это вряд ли. Лучше скажи, что узнали вы.

- Кир Алаистэ, на самом деле, является смотрителем детского приюта. Правда, его подопечные не дружат с головой. Во всех документах это проходит именно так – богадельня для убогих. Туда отдают детей, родившихся с разными отклонениями, чаще всего именно умственно отсталых. Притом, что дети богатеев там тоже числятся.

- Надо поговорить с этим Алаистэ.

- Уже, - возмущенно фыркнул Ориф, - ты за кого нас принимаешь!

- Так, когда успели? – изумился Дим.

- Когда нам сказали, что ты за Врата Зелоса не собираешься. Пришлось ускориться.

- Прости, что разочаровал.

Помощник небрежно махнул рукой.

- Этот надсмотрщик посмотрел портреты, которые мы ему привезли, и на самом деле узнал почти всех. И Риммана, и его братца, и тех, кого мы взяли в городе.

- И сказал, мол, что взять с душевнобольных, – дополнил его рассказ Дим.

- Точно! И что он готов сотрудничать и отвечать на любые наши вопросы. А вот копнуть глубже мы пока не успели. Да и как мы это сделаем без тебя?

- Что за портреты? Может, я кого знаю.

Ориф протянул ему кипу бумаг.

- Здесь все, что мы собрали по этому делу на сегодняшний день. Копии с допросов, информация о приюте, разговор с Алаистэ, портреты всех, кто имел отношение к похищению твоей сестры, досье на того смертного, который ее нашел.

- Кстати с ним-то что?

Помощник состроил неопределенную гримасу.

- Он чист, как ранней птахи песнь, - задумчиво проговорил он, - с ним вообще ничего не понятно. Кристальная биография, никогда ни в чем не замечен, ни в чем крамольном не участвовал, никаких партиях не состоял. Талантливый архитектор, работает по лицензии. Мы обыскали его жилище, по-тихому, пока его не было. Чисто. Установили слежку. Тоже ничего не обнаружили.