Продавец королевств

Ворвавшаяся в сгрудившуюся вокруг толпу ополченцев тень, хоть и лишенная совсем недавно охраной императрицы всего колюще-режущего арсенала, вплоть до заколок в волосах, взорвалась целым вихрем ударов, практически невидимых в неверном свете звезд и кокеток-лун, в смущении укутавшихся тонкой вуалью перистых облаков.

Брызги крови, выдавленные и болтающиеся на тонкой ниточке нервов глаза, неестественно вывернутые из порванных суставов конечности, звуки выплевываемых от резкого удара внутренностей и совершенно непередаваемое стаккато ломающихся костей.

Тонкие звонкие щелчки лучевых, хруст сминаемых и крошащихся ладьевидных и полулунных, тихие хлопки ключиц и громкий влажный треск переламываемой берцовой, стыдливо показывающей сахар изломанных концов в открывшейся безобразной ране… Какофония боли и разрушения…

Конец избиению непротрезвевших и пытающихся разбегаться вояк положили две белооперенные стрелы, вонзившиеся последним двум оставшимся на ногах насильникам в головы и пробившие их черепа словно бумагу.

– Гаденыши, – с чувством сказала Шаэла, оказавшаяся от одного из них буквально на расстоянии вытянутой руки. – Зачем, скажите на милость, было забрызгивать меня его мозгами?! Платье теперь точно испорчено.

– Оно и так словно на бойне вместо тряпки использовалась, – начал было отвечать ей предводитель охраны, но поперхнулся, увидев пристально нацеленный на него взгляд персоны, голыми руками способной вырвать кому-нибудь сердце.

А уж после того как он понял, что она умудрилась остаться вполне чистой, несмотря на учиненную ею резню, если не считать тех самых злополучных пятен, то и вовсе предпочел сделать пару шагов назад и наложить на тетиву новую стрелу.

– Куда, возлюби вас драконы, демоны и шелудивые гоблинские шаманы разом, вы подевались?! – Уже приведенная в чувство целителем и поднимающаяся с земли Селес едва только не плевалась ядом, впав в органичное сочетание женской истерики и бешенства.

– Меня чуть не убили той гранатой!

– Волки… – жалобно пролепетал самый молодой из эльфов, видно, еще не успевший освоить великую армейскую мудрость, что, когда начальство гневается, внимания его лучше не привлекать во избежание проблем со службой. И не так уж и важно, кто на самом деле виноват, если козел отпущения уже будет назначен.

– Оборотни? – подозрительно осведомилась Селес.