Трижды заклятый или СЛАМОНА

— Вижу на дороге карету! Король с королевой возвращаются во дворец!

— Пожалуй, устрою их величествам торжественную встречу в спальне, — сказал призрачный рыцарь и со зловещим хохотом растаял в воздухе.

Фея Амина положила принца в колыбель и исчезла бесшумно, как пламя задутой свечи.

Господин Кин соскользнул по занавеске на пол и со всех ног бросился к камину.

— Пока, крестник! — крикнула фея утренней звезды, помахала рукой и вылетела сквозь только что починенное окошко, разбрызгав осколки стекла.

Лесного духа давно уже не было в комнате.

*

Король с королевой ворвались в детскую и чуть не стукнулись лбами над колыбелью.

— Жив и здоров, негодник! — возмущенно воскликнул король. — И ни в какую жабу не превратился!

— Я же говорила, что твой советник — тупица, — энергично заявила королева.

Огляделась по сторонам и в ужасе заголосила:

— Боже мой, тут что, был пожар? И потоп? И землетрясение? Кто разбил окно и хрустальную люстру?

— И подпалил ковры! — подхватил король. — И оборвал занавески! И уничтожил новый буфет! Эй, кто там? Взять под стражу первого министра!

ГЛАВА ТРЕТЬЯ.

— Гони его, гони, гони, гониииии!

Скельды на снежных единорогах скакали в небе сквозь пургу, стараясь взять ледожуть в кольцо. Четыре полупрозрачных крыла ледяного дракона часто взмахивали, поднимая чудовище все выше; ощетинившийся шипами хвост хлестал широкими полукружьями.

— Гони его, гони, гонииии! – снова азартно завопил Ярс, младший сын короля.

Король Ильмар скакал молча, быстро приближаясь к голове ледожути.

Эрвин, старший принц скельдов, метнул в чудовище дротик. Наконечник отскочил от блестящего бока, дракон со злобным рыком снова хлестнул хвостом.

— Берегись!

С хвоста сорвались и полетели во все стороны длинные ледяные шипы. Один из единорогов издал страдальческий крик: шип вонзился ему в шею. Всадник с ругательством выдернул шип, но раненый скакун, спотыкаясь, побежал вниз, к заснеженной далекой земле.

– Когда она повернет голову, скачите прочь! – проревел сквозь вой метели король.

Ледожуть как будто услышала его. Гибкая шея изогнулась, голова в тройном шипастом воротнике повернулась в сторону Ильмара, маленькие красные глазки, похожие на два раскаленных угля, утопленных в лед, злобно уставились на преследователей.

– Артейя! – выкрикнул заклинание король и сделал резкий жест, как будто тоже метнул копье.

И оно появилось – короткое, горящее синим светом – и устремилось к цели.