Трижды заклятый или СЛАМОНА

Это говорю я, Рыцарь-Бродяга, и это будет так!

Из черной перчатки в колыбель скользнули две яркие оранжевые искры, и призрачный рыцарь, подбоченившись, гордо посмотрел на остальных крестных.

— Хороший подарок, Рыцарь, спасибо, — поблагодарил господин Кин. — Фея Амина, теперь вы?

Под потолком зажглась яркая радуга, когда фея света склонилась над колыбелью и с улыбкой заглянула принцу в глаза.

— Вот что я подарю тебе, малыш: тебя не любят отец с матерью, зато тебя будут любить другие — сильнее, чем любили бы отец и мать.

— Хороший подарок, госпожа Амина, спасибо вам, — поклонился домовой.

— Хмм… Моя очередь?

Лесной дух поднялся с кресла, на раздвоенных козьих копытцах проковылял сквозь хороводы бабочек над чашечками цветов, снял шляпу и склонил над колыбелью косматую голову с остроконечными ушами.

— Младший принц, отныне и навсегда ты станешь для лесного народа своим, ты будешь понимать язык лесных обитателей, и никто из них не посмеет тронуть тебя ни клыком, ни когтем.

Сова на плече Гидо одобрительно ухнула. Лесной дух, нахлобучив шляпу, вернулся в угол и снова сел в кресло.

— Хороший подарок, Гидо, спасибо, – поблагодарил домовой.

— Охэй! Ну, теперь наконец-то скажу и я!

Вырванная с корнем трава закружилась по комнате, колыбель на подоконнике угрожающе качнулась, но демон бури сумел скрутить себя на полувзлете и только затенил черными крыльями радугу, горящую под потолком.

— Слушай меня, принц Дэвид! — вдохновенно провыл он. — Ты будешь всесветным бродягой и будешь свободен и неудержим, как я! Ты увидишь пустыню Сахару и дебри реки Амазонки, просторы Великой Стыни и шторма Радужного океана! Даже Край Света не будет тебе преградой, весь мир будет твоим, ты же будешь ничьим — это говорю я, демон бури Даттон, и это будет так!

Вой демона разнес вдребезги стекло в буфете, но принц, получивший в подарок храбрость берберийского льва, отважно принял и этот дар и даже не пискнул.

Рыцарь-Бродяга захохотал, показывая большой палец.

— Хороший подарок, Даттон, спа… спасибо вам, — пролепетал домовой. — Гм... Итак, подарки вручили все, кроме меня?

Он вскарабкался по занавеске на подоконник и встал рядом с колыбелью — руки в боки, колпачок набекрень.

— Даже не знаю, что я могу предложить принцу после таких даров.