Один на один. Бессонница

«Дело плохо, ты попался одному из самых опасных существ, древнему вампиру, асуру, который, похоже, решил, что в вашем мире можно подсобрать несведущих неосторожных людей для расширения своей армии монстров», – значилось в одном письме, из чего Евгений сделал вывод, что на него напала тварь из другого мира. Какого, чтоб им всем провалиться? Не хватало еще узнать про вторжение инопланетян. Асуров… Вампиров. Да какая разница?

Незримый советчик не отвечал, но явно куда-то вел, преследуя свою цель, и не задумывался, что Евгению с каждым днем – ночью – все тяжелее бороться с собой.

Юный вампир испытывал к себе жалость, одновременно проникаясь все большей неприязнью к окружающим. Невольно они обвинялись во всех злоключениях. Тело почти не боролось с прогрессирующим превращением. Страх случайно убить мать и отчима улетучился, и вместе с ним словно пал последний барьер.

Кружилась голова, охватывало необъяснимое стремление. И все еще не хотелось признаваться самому себе, что его душит жажда крови.

Евгений шел, глотая холодную вязкую слюну.

Между тем начало смеркаться. Ослепляющее солнце, отражавшееся от темных стекол очков, закатывалось за горизонт. Евгений весь день бродил по городу, не испытывая потребности в отдыхе.

Ноги не уставали, точно совсем не касались земли. Он шел и шел, втягивая воздух – охотники не бродили рядом. Информатор говорил, что они, объявившие войну детям тьмы, сами не люди. И Евгений чувствовал, как от них исходил отдаленный особенный запах.

Он точно очутился в мире диких зверей, где чуткие носы определяют границы территории.

Здесь же врагов не ощущалось. Евгений бродил по окраинам у кольцевой дороги, а его, похоже, все еще разыскивали в родном районе. Он вырвался на ход вперед, или ему просто дали фору, загоняя в мышеловку. Ночь обещала дать ответы на незаданные вопросы.

Розовато-оранжевые тени перечерчивали весеннее небо, солнце отражалось в окнах домов. В вышине нечеткой каймой проступил серп полумесяца.

Евгений продолжал путь без пункта назначения, просто ожидая, что случится с ним дальше. Или же его кто-то вел, потому что с каждым мигом в голове нарастал жуткий бессловесный вой, отпечатанный туманными образами: «Это безумие… Безумие! Безумие!!!»

Кто-то звал. Хозяин. И так по кругу, то громче, то тише в переливах скрежещущей мелодии. Сизая кожа покрывалась фиолетовыми прожилками, которые отчетливо проступали на дрожащих руках.