Первый Орден. Книга 1. (Начало)

Но довольно разговоров! Ты готов к началу Испытания?

Слишком много информации одновременно свалилось на меня. Все эти ветки развития, бесспорно, были полезными, каждая поддерживала Обитель по своему. Все три архетипа имели огромную важность. Интересно, кто в итоге выйдет из меня? Но все это праздные размышления, сейчас явно не до них. Я с азартом подтвердил свою готовность к своим личным трудностям!

– Начнем! – воскликнул Старший и стукнул своей тростью о землю. Звук на удивление вышел громким, чистым и звонким.

Поднялся ветер, который закружил ветви всех пяти древ. Небольшие листья начали срываться с них и летать вокруг меня. Трава колыхалась, листья шумели и кружили. Все это издавало неповторимый звук, чем-то напоминавший мне умиротворение.

Вдруг еловая игла прошила меня насквозь, пронзительная острая боль прошла по всему «телу». В сознании образовалось видение прошлого, как и говорил Старший. Я был одет в набедренную повязку, простые сандалии и небольшие браслеты. В руке находился добротный такой хлыст, и он вовсю трудился.

Передо мной группа рабов тащила огромную плиту – в полный рост высотой, а в длину вдвое больше. Тащили с трудом, с натяжкой жил и скорбным выражением на лицах. Но никакая жалость не мешала мне время от времени хлестать их за промедление. И каждый мой удар наносил боль мне нынешнему. Боль была застарелой и ноющей, не такой пронзительной, как я ожидал. С усилием я не позволял себе опускать взгляд, продолжая смотреть на свои действия.

Картина сменилась, я в доспехах с мечом и щитом.

На холме находится дворец правителя, внизу – толпа обозленного народа собирается брать нас приступом. Ребята, стоящие на стене натягивают свои луки, небо чернеет, чтобы через мгновение разразится криками и предсмертными хрипами. Мы же, стоящие под стенами на защите ворот, толкаем с горы огромные валуны. Они катятся и давят людей, как червей. Это был простой народ, без каких-либо средств защиты. У них не было щитов, почти никакого оружия. С другой стороны тотальное преимущество в высоте на стороне регулярного подготовленного отряда. Раздавленные руки, ноги, распоротые животы, меткие стрелы в глазах мертвых селян. Ужасная картина побоища, тяжелая аура убийства, совершенного собственными руками, накрыла меня тяжелым облаком. Чувство, когда погружаешься в море крови, неожиданно оказалось для меня знакомым. Чувство упоения и личной власти быстро сменилось удушьем. Я едва успевал перевести дыхание, хоть как-то удержаться в этом море крови.