Гарем и лёгкость. Книга от депрессии

- Слушай, так ты хотела объяснить, но не успела! Тебе ничего не будет за то, что ты мало не с арестантом вместе по кабакам пошла?!

- У служителей богини правосудия есть свои небольшие возможности, как трактовать ту или иную ситуацию, - тихонько промурлыкала орчанка на ухо гному, для чего ей пришлось наклоняться и нависать над ним. - И начать с того, разлюбезный Бронкс, что в своём мнении о функциях юстиции ты совсем немножко ошибаешься, - Макпал отчеркнула в воздухе кончик ногтя второго пальца ногтем же первого.

- Если верить действующему своду законов, то у юстиции не одна, как ты заметил, а две, или даже три функции.

- Это какие же ещё? – тут же заинтересовался гном, прикидывая, чего ещё об этой жизни он не знает.

- Если обобщать, ты упомянул одну лишь пенитенциарную функцию. Ну, говоря по-простому, что проштрафившегося воришку нужно наказать. Чтобы в следующий раз он хорошенько подумал - воровать ещё раз? Или всё же найти способ заработать иным путём?

Гном с благодарностью кивнул: без пояснения, значение мудрёного слова «пени…» было непонятным.

Переспрашивать же, демонстрируя собственное невежество в узком и непрофильном вопросе, ему не позволяла мужская гордость.

- А ещё есть воспитательная функция юстиции, – продолжила пояснение Макпал. – Предполагается: если судейский чиновник наставит хотя бы одного грешника на путь истинный; да добрым и искренним словом, а не из-под палки!... то вторую функцию юстиции, которая воспитательная, этот чиновник выполнит наилучшим образом, - весёлый и озорной взгляд орчанки никак не соответствовал серьёзности излагаемых ею же концепций.

- Уже боюсь спрашивать, какая третья функция у этой вашей юстиции, - поёжился гном от неожиданно открывшейся реальности. - Знаешь, мне с этой вашей второй функцией за три с половиной десятка лет сталкиваться что-то не приходилось, - вынуждено признал он, не собираясь таить от спутницы того, о чём думает.

- А всё когда-нибудь случается в первый раз, - звонко захохотала дочь Степного народа, аккуратно и бережно подхватывая своего спутника подмышки и переставляя его через большую лужу, перед которой гном остановился, замешкавшись.

– Считай, что только что вот столкнулся. В моём лице.

Сама она была в кожаных сапожках, надежно прикрывавших её ногу до самого колена (плюс ещё каблуки на них).

Гном же был одет в шикарные бархатные туфли с золотыми пряжками, в которых топать по колено в воде было бы не совсем удобно.