Гарем и лёгкость. Книга от депрессии

- Только это надо другого подавальщика звать, из соседнего зала, он с улицы принесёт. Хмельное, свинина, раки, собачатина и прочий харам – подают и едят только на улице, не в зале. Их просто готовят на соседней кухне, не смешивая с нашей едой даже в процессе приготовления, - пояснила она спутнику, накрывая его запястье своей ладонью и чуть сжимая её.

В её глазах вновь заплескалась матовая поволока, а на устах заиграла ироничная усмешка:

- Ну что, как ты здесь себя чувствуешь?

- Абсолютно не на своём месте, - откровенно признался гном.

- Знаешь, вроде и место достойное. И, спору нет, посуда, приборы даже - серебро не ниже 900 пробы, - он на мгновение поднял двумя пальцами лежавшую справа от него вилку, указал на неё взглядам и положил на место. - Мебель вроде бы тоже то ли из красного дерева, то ли из кедра. Но всё равно что-то не по себе.

- Если дело исключительно в твоём пиве - только скажи! - серьёзно заявила орчанка, высвобождая одну ногу из сапога под столом и аккуратно вклиниваясь ею между колен гнома.

Бронкс от неожиданности ойкнул и посмотрел на подругу ошалевшими глазами:

- Слушай, может быть, давай лучше не здесь?..

Макпал звонко, хотя и негромко, рассмеялась и ответила:

- Не обращай внимания. Я просто балуюсь. Если тебе неприятно - только скажи; тут же прекращу.

- Приятно. Не надо прекращать, - цветом лица Бронкс напоминал сейчас хорошо отваренную свёклу.

Салаты и супы были поданы буквально в течение пяти минут, предшествовали им и два чайника чая.

Тоскливо запив окрашенным кипятком первую ложку травы, выложенной на тарелку, Бронкс стоически вздохнул и уверенно заявил:

- Ты хотела меня начинать просвещать. Я весь внимание.

- Так уже начала, - деликатно улыбнулась Макпал. - Здесь самая что ни на есть наша обычная обстановка. Хотелось тебе показать, насколько некомфортным оно всё может быть для чужака, принадлежащего к иному народу. От многих наших вещей удовольствия не получающего.

Кстати, учти: на семейных посиделках, хмельного тоже как правило вообще не бывает.

- Ну и жизнь... - с нечитаемыми интонациями произнёс гном, ожесточенно вгрызаясь в какой-то овощной гарнир, приготовленный из клубней, которым он даже названия не знал. – Слушай, я тогда не спросил, а всё же интересно. Почему уязвлённый муж-орк не может в суде попросить проверку добродетельности своей жены на твоём артефакте?

- Ты о чём? – не сразу сообразила Макпал.