Гарем и лёгкость. Книга от депрессии

У семьи заводик один есть, это с него продукция. Но не для всех, а для своих токмо.

- Спасибо огромное. Ты меня очень-очень выручил, - орчанка возвышалась над гномом, одетая в чистые и сухие штаны и придерживающая под курткой гномий же нож в специальных ножнах. - Может, хотя бы монетой возьмёшь?

- Денег своих хватает, - проявил неуступчивость гном, отчего-то всем естеством ощущая, что забирать у девчонки с бечевы нельзя ни монеты. – Обещала ведь после отблагодарить? Подожду.

С этими словами он уверенно распахнул на Нургуль куртку, задрал собственную рубаху и повязал ожерелье из монет обратно той на талию.

Не удержавшись, облапил и молочные железы ладонями, за что тут же получил по рукам.

- Договорились, - орчанка чмокнула в лоб новообретённого товарища ещё раз. – Да, слушай… Можешь у себя пока сохранить? Я тебе, если что, на него и позвоню потом.

Из нагрудного кармана её куртки появился старенький и изрядно повидавший в жизни переговорный амулет.

Был он так называемого первого поколения, из меди и яшмы, в общем, дешёвка и старьё.

- Однако, - подвигал бровью гном, принимая вещицу и, сделав шажок в сторону, бросая её в выдвижной ящик рабочего стола. – И где только откопала такое старьё… Неужели работает ещё…

- Тебя отыскать смогу, - приветливо и искренне улыбнулась орчанка. – Ну и, на нём кое-какая информация… Мне правда сейчас деть некуда… Подержишь у себя с пару недель? Ты ж со своей лавкой никуда не денешься? Вон, и скульптуру для зазывания клиентов отлил, - она рассудительно ткнула пальцем себе за спину, в сторону стеклянной витрины.

- Почему в банк не отнесёшь? – для порядка уточнил гном.

- Боюсь, что служащие могут сообщить тому, кого мне ещё на чистую воду выводить, - уверенно ответила фемина. – А у меня родни сейчас в Ханстве нет, все отъехали. Сама могу не справиться с… - в этом месте она осеклась. – Только сохрани, ладно?!

Бронкс родился не вчера и видел: копеечная вещь отчего-то имеет для девицы много большее значение, чем даже собственная свежезашитая задница.

Обычно у фемин было наоборот: малейший шрам на себе они воспринимали тяжелее, чем весть о конце света, случись таковой в ближайшем будущем.

- Сохраню. Не беспокойся. – Твёрдо заявил гном.

После чего, к его немалому удивлению, оказался поцелован в губы, длинно, с оттягом и прикусыванием напоследок его языка, невесть как всосанного ртом Нургуль.