Двое из бара

Я собрался силами и крикнул: — Огненной и обычной воды на двоих! Тебе не предлагаю, быстро! Немного отдышавшись, осмотрел ещё раз поле боя, и на меня опять накатило, держась за дерево, опустошал желудок, пугая своими звуками всю округу. Еле успокоив себя, сделал глубокий медленный вдох носом, сразу же почувствовал запах крови, подавившись воздухом, опять накатало рвотное чувство. Собравшись силами, отошёл подальше к другому дереву, нащупывая лямки на броне. Позвав доктора жестом к себе, начал снимать с себя тяжёлые плотные штаны.

Сидя рядом со мной, Андрюха начал тоже снимать кожаную броню. К этому времени подошла Филлика с двумя бурдюками. Я взял только воду, настойка ушла Андрею, сделав пару глотков воды, остальное с бурдюка вылил на лицо, немного помогло, неприятные чувства немного отпустили меня. Сидя под деревом в тени уставшие, но живые, победившие очередных воинов или же проблему на наши головы в этом мире. На меня накатился небольшой озноб, меня потрясывало от очередных приключений и моего безрассудства, мысленно матеря себя за свои подвиги, которые делал иногда не успевая осознать, что я творю. Дрожь понемногу начала спадать, и я, смотря на солнце пробивающиеся сквозь деревья, непонятно с чего в голову полезли слова и я стал напевать мотивчик из музыку «The house of rising sun». Спустя некоторое время доктор спросил меня:— А чего это ты на последнего солдата набросился и на землю валить начал? Я так ехидно и отвечаю:— Да на прощание пообниматься захотелось с ним. А если серьёзно, то план был такой, завалить на землю, прижать рукой его руку с мечом, коленом прижать его щит со второй рукой, а своим щитом подровнять ему зубы и нос. Доктор хмыкнул, явно не оценив мои потуги к пластической хирургии радикальным способом. Начиная потихоньку расслабляться и поддаваться поступающему ко мне сну, попросил Филлику и Айлора собрать трофеи и наши вещи, через час разбудить, если усну. Придя в себя, точнее были разбужены примерно через час двадцать с доктором, быстро перекусили принесенной едой и начали упаковывать наши вещи. В наш табун влились ещё три заморские лошадки, одна чего-то испугалась и убежала, искать её не стали, и этих хватало. На них нагрузили одежду и трофеи снятые с мёртвых, отмывать от крови времени не было, все «грязное» в одну кучу, точнее на одну лошадь.