Лекарь. Второй пояс

Одновременно с этим начало пустеть моё средоточие. Свиток словно выпивал из меня энергию, жадно втягивая её в себя, а я даже не мог его отбросить: он будто прилип к рукам. Два, три, пять вдохов и средоточие показало дно, оставив горящие болью меридианы, кровь полностью исчезла, но взамен ярко проявились кровавые надписи на ткани. Вспыхнули, исчезли, затем и сам свиток исчез, сжался в луч, который ударил меня выше опустевшего средоточия, едва ли не в сердце и пропал, оставив в моём теле неприятное ощущение посторонней вещи.

А затем моей шеи коснулось что-то холодное. Я дёрнулся, забыв о мече, ухватил какую-то цепочку, рванул её. И не сумел сорвать. Через мгновение меня пнули в спину, сбили с ног. Сверху обрушились удары древков и сапог.

— Довольно.

Стражники тут же сделали шаг назад, мгновение я глядел на спокойного Домара, а затем бросил в него свой дух. Птицеголовая тварь, я заставлю тебя корчиться рядом с собой. И ничего не произошло. Я раз за разом представлял, как наполняю его Указы своим духом, но не мог их даже коснуться.

Не ощущал их. Через вдох я обратился к тому стражнику, что держал меч у моего горла. Его Указы, которые только что я ощущал и намеревался сломать, тоже не заметили моих усилий. Уже понимая, что произошло, я попробовал тронуть те Указы, которые уже сделал своими. Тщетно. Холодея от того, что оказался в дарсовой заднице, коснулся тех, что висели на мне. Не просто наполненные моей силой, а созданные мной от начала и до конца.

Ничего.

Словно я бездарь, который и не слышал об Указах.

Твари.

Домар по-птичьи клюнул головой, кивая:

— Хорошо. Пусть ты и слуга, предавший предыдущего господина, но в тебе есть одна черта, которая мне нравится. Ты умён.

За спиной фыркнул стражник.

— Поверь, Кирт, так оно и есть.

Кирт. Я выжег в памяти это имя. Добавил вторым после имени Домара. А он стоял в трёх шагах от меня. Спокойное лицо, едва заметная улыбка, чуть склонённая к плечу голова. Скольких пришедших во Второй он заставлял подписать такие контракты? Я ошибся с историей основателя Волков.

Скорее всего, он был немолод и не считался талантом. Не этой ли семье Саул он достался? И если о контракте запрещено говорить, то не находятся ли эти контракты вне закона? Какое к дарсу гостеприимство?

Дарсов Золак... Нет, Золака я как раз могу простить. Его изгнали десятки лет назад через другие Врата. Могу простить и Равоя, ведь даже в самом Ясене, в его половине Первого пояса не было ни единого слуха о такой встрече. Но Шелеост.