Конченные герои

Глаза её горели животной яростью. В них Энрике видел лишь мрак и пустоту. В следующее мгновение пасть раскрылась, и Энрике услышал крик сестры (или чей-то ещё). А потом тьма поглотила его.

Энрике не мог точно определить сколько времени провел без сознания. Очнулся он от того, что кто-то гладил его по голове. Он с трудом открыл глаза и первые минуты силился понять, где находится.

Он различил каменные стены дома, озарённые лучами утреннего солнца, потом услышал далёкие, незнакомые голоса.

Будто сквозь пелену, Энрике увидел, как над ним склонился человек.

Человек этот что-то говорил, но в голове Энрике стоял такой шум, что он не мог разобрать ни слова.

Поняв, что Энрике его не слышит, человек положил ладонь парню на лоб, нахмурился и покачал головой. Затем достал из кармана пиджака странный аппарат и посмотрел сквозь него на Энрике.

Энрике собрался силами и прошептал:

– Где...где я? Что случилось?

Собственный голос казался Энрике мышиным писком. Но человек его услышал.

– Лежи спокойно, парень. Тебя здорово потрепало, если честно.

Чудо, что Аманда смогла привезти тебя ко мне в таком-то состоянии. Везение, честное слова. Так ведь Аманда?

Холодная рука легла на лоб Энрике. Он услышал:

– Всё не так уж и плохо, Морциус. Не стоит драматизировать.

– Не стоит? Да на парне живого места не было. Только благодаря моей магии он всё ещё дышит. Замешкайся ты в дороге хоть на пару минуту, и всё – ему крышка.

Энрике застонал, пытаясь встать, но Морциус его остановил:

– Эй-эй, ты куда, парень?

– Джованна.

..моя сестра... Я должен спасти ее.

– Лежи-ка! То же мне, спаситель нашелся. Куда в таком состоянии? Лежи.

– Пожалуйста, я должен...я должен ей помочь. Её похитили, с ней что-то сделали... Я видел...я видел...

– Нет, парень, сперва окрепни, а потом и сестре на выручку пойдешь. Лежи, тебя говорят. Ну-ка, Аманда, подсоби-ка. А то ведь и впрямь на подвиги ринется.

Энрике уложили на кровать. Он вновь почувствовал холодную ладонь у себя на лбу. И мягкий, женский голос произнес:

– Спи, Энрике, спи.

Слова эти возымели странную силу. Тело Энрике сковало. Он почувствовал дремоту. Веки стали наливаться тяжестью, в голове заиграли струны скрипка. Каждый их звук казался мягким и успокаивающим. Глаза против воли закрылись, и Энрике вновь погрузился во тьму.

Когда он очнулся в следующий раз, на дворе был уже разгар дня. Проснулся он быстро, без боли и слабости. Казалось, он проспал целую вечность и теперь силы, до этого покинувшие его, вернулись обратно вдвое больше.