Каждый охотник желает знать

А еще, если не можете срубить вон то дерево одним ударом меча, не сможете перерубить их шеи.

Дарлид указал на стоящую неподалеку молодую сосну, кора осыпалась с дерева, оголив сухой ствол. Растение поднялось лишь до половины высоты взрослой сосны, после чего погибло то ли от вредителей, то ли от недостатка влаги или сильного мороза в одну из прошлых зим.

— Это дерево? — воскликнул Криз. — Да вы из ума выжили!

Он подошел к сосне, вытащил меч из ножен и ударил что было силы. Меч переломился пополам, часть лезвия сверкнула в воздухе и упала к ногам Дарлида.

Тот подобрал заостренный кусок стали и осмотрел его.

Криз в ярости швырнул рукоять меча в траву.

— Ну, что, доволен, Дарлид Амелот? — бросил он. — Еще скажи, что мне недостает сил.

Алину, полностью устраивало, что муж единолично ведет беседу с молодыми охотниками. Чужие проблемы часто утомляли ее больше, чем свои. Поэтому она старалась не вникать в дела незнакомцев, если у нее не было времени и возможности им помочь.

В этот раз решение спора напрашивалось само собой.

— Такой удар выйдет у тебя только после десяти лет тренировок, — сказала Алина. — Нужно учитывать центр тяжести меча и угол вхождения в дерево. Если действовать неправильно, меч может отскочить и от заборной доски.

Тем временем Дарлид подошел к дереву, о которое Криз умудрился сломать меч, осмотрел место, где кусок древесины выбило ударом, взглянул на обломок лезвия в руке: из него вполне можно было выковать добротный кинжал.

Дарлид махнул обломком — ему стало ясно, что меч был заточен даже лучше его собственного.

Выслушав Алину, Криз покачал головой.

— Вы, старики, только и умеете, что хвастаться и травить байки про рубку деревьев мечами. Все ваши наставления — полная ерунда.

Он обернулся к своим товарищам и крикнул:

— Поднимайтесь, парни, нечего разлеживаться, уходим. Должно быть, великий Дарлид просто ждет, когда один из этих ящеров подохнет от старости и стащит его тушу в город.

У нас нет столько времени.

Спорить с Кризом никто не стал, даже несколько раненых с ожогами на голенях и бедрах поднялись и, тяжело хромая, прошли мимо Алины и Дарлида, не взглянув на них.

Сам Дарлид пожал плечами и двинулся вперед по тропинке, которая до недавнего времени принадлежала только ему и жене.

— Почему у половины этих братьев женские имена? — спросила Алина.

— Видимо, родители сильно хотели девочку, — сказал Дарлид, пожимая плечами.