Кровавые рубины Тартарии

Их жёны, скромные дамы, не показывались, наслаждаясь свободой.

- Эт-то сколько вина мы уже выпили? - медовик вытер обляпанное чем-то лицо. - Чттто эт-то у меня на мооорде?

- Мёд, - староста завозился на широкой лавке, пытаясь встать. Однако голова как будто приклеилась к ней. Он опустил ноги, но боялся поднять голову. Вдруг она прилипнет к полу? Как тогда поднимать. Староста прополз до стены и аккуратно прислонил к ней голову. Придерживая её одной рукой, начал медленно подниматься. Встал.

Я сидел в огромном мягком кресле и мычал.

Мне казалось, что пою какую-то песню.

Вчера медовик притащил откуда-то лохань мёда. Мазал им девиц и обклеивал листочками.

- Дриады! - вопил он. - Дриады посетили нас! Склонитесь перед ними!

Помнится, ещё начальник стражи заплакал и схватив одну из девиц, убежал с ней на второй этаж. Потом я забылся.

К нам приходили гости, мы играли на барабанах, дудели в трубы, бренчали на виолах и думбарах. За две недели беспробудного пьянства их все, правда, переломали.

К нам пришёл стражник. Завистливо глядя на сваленные во дворе пустые винные бочки, обглоданные кости и резвящихся весёлых девиц, он отыскал своего начальника и что-то ему сказал.

Тот замер, воспринимая услышанное. Затем поднялся, и мотаясь, пошёл прочь. Стражник аккуратно поддерживал его за талию.

Пошатываясь, я встал и велел слугам варить барана. Надо было немного отдохнуть. Девицы ещё спали, вчера с ними здорово повеселились. Пусть отдохнут.

В глиняном кувшине оказалась медовуха.

Я отпил немного. Оказался крепкий вариант. Ноги сами по себе согнулись, я упал на пол террасы. Подбежали слуги, подняли меня и потащили на кровать. Там уже лежала пара девиц. С ними в обнимку я и заснул.

Продрых до вечера. Обслюнявленная подушка прилипла к щеке. Я закряхтел, припоминая, что произошло. Кстати, с каждым днём память становилась всё хуже и хуже. Зато не было стыдно за свои поступки. Всё-таки в пьянстве есть свои преимущества.

Сев на кровати, я помотал головой и немного порычал.

И тут мне на голову вылили ведро очень холодной воды. От такой неожиданности я чуть не задохнулся, сердце, наверное, даже остановилось.

- Что такое! - вырвался крик. Я, конечно, добрый человек, но таких шуток не люблю.

- Привет тебе, князь Бундок! - сказал кто-то.

Подняв голову, я увидел странного человека. Чёрно-серый халат, перепоясанный толстым кожаным ремнём, на нём сабля в ножнах, за ремнём заткнут большущий кинжал.