Целительница

— Александра Игнатьевна, — следователь присел за стол, — я коротко переговорил с господами Мещерским и Валдаевым. Они рассказали, что произошло в парке. По их словам, именно вы сообщили о том, что ребенок находится под магемой подчинения и, скорее всего, похищен мужчиной, который его сопровождал. Это так?

Следователь был невысоким, худощавым. Лицо простое, но приятное, располагающее. Да и смотрел он с тем спокойствием, которое лучше иных слов убеждает, что этому человеку можно довериться.

По возрасту — ровесник отца.

— Простите, господин следователь, но вам ведь известно, что я — несовершеннолетняя? — кивнула я на лежавший на столе детский паспорт.

— Чувствуете за собой вину? — с задором улыбнулся он.

Вот ведь... Начни он угрожать, было бы проще, а так... Умеет располагать к себе. Хотя бы таких неискушенных барышень, как я.

— Закон должен быть законом, — тяжело вздохнув, развела руками я. — Разве не так?

— Так, — без малейшего напряжения — уж я-то чувствовала, согласился он.

— Законным представителям, — не задержалась я с ответом. — Впрочем, если хотите, можем позвонить и родителям, но тех придется подождать. С Урала самолеты не каждый день летают.

— Ну если у нас нет других вариантов... — негромко рассмеялся он. Взял телефон, протянул мне. — И кто у нас законный представитель?

— Профессор Соколов Данила Евгеньевич, — назвала я имя своего работодателя.

Впрочем, работодателем он и являлся. Договор между нами был заключен по всем правилам.

— Так вы целительница? — тут же сменил тон следователь.

— Будущая, — вздохнула я. — Пока только помощница.

— Тогда мне все понятно, — кивнул он, скорее всего, собственным мыслям.

Расслабилась я рано. Стоило нажать «вызов», как телефон вновь оказался в его руках.

Движения я практически не заметила. Только что сидел и...

О том, что безобидным следователь лишь казался, я уже думала.

Их разговор был недолгим. Господин Варланов уточнил, знакома ли профессору барышня Салтыкова Александра Игнатьевна. Получив утвердительный ответ, коротко описал ситуацию, напомнив историю в поезде, и попросил приехать в участок. И все это... вежливо, но с намеком, так что в какой-то момент мне стало не по себе.

Нет, я точно поступила правильно, но вот последствия...

Наверное, именно это и подтолкнуло меня к дальнейшему.