Нифриловая башня

Копейская рота вздрогнула, когда над полем загрохотал издевательский смех, многократно усиленный нифрильным рупором:

- Эй вы, кошечки! – заорал Грач-ловкач – Чего мнетесь? Чего приуныли? Побаиваетесь напасть на роту храбрых новобранцев Вепря? – Грач подбавил в голос ядовитой заботливости, – А-а, понимаю, ждете подкрепление. Без глаков-то вы не бойцы!

- Это се он их поднасивает, а? - в ужасе зашептал Короток, – Се он их поднасивает? – Короток видел, как рубильники один за другим оборачиваются на рысей, злых, страшных, скалящих клыки, – Они-ж кинутся ссяс!

- Я в вас Рысях никогда не сомневался, – кобенился Грач-ловкач, его издевательский голос гремел по всему полю так, что вороны с карканьем разлетались, - Из всех отчаянных бойцов, вы – Рыси, самые … ОСТОРОЖНЫЕ! – и тут он сделал то, что моги вражеского войска прозевали, потому что «слепую ярость» по всем законам тактики боя насылают на своих бойцов, а никак не на противных, и потому под рукой никакого подходящего приказа, чтобы противопоставить такому заклятью, у них не было.

Глаза рысьих воинов налились багряным светом, даже их кони захрапели и заплясали нетерпеливо. Сдержать их на месте теперь можно было только чудом, но Грач для верности отправил еще один посыл, тонкий, и только на одного единственного конника, носящего на шлеме плюмаж вожака. Этот посыл «на слабо» он сопроводил заключительным высказыванием, ставящим точку всей предыдущей речи:

- А ты – вообще не воин, а так... кошка драная…

Последнего оскорбления, ослепленный яростью вожак рубильников снести не смог и, начисто забыв про заранее разработанную тактику боя, рванул коня вперед, на ходу возжигая ускорение на коня и морок на раздвоение.

Остальная полусотня ринулась следом. Не усомнившись ни на мгновение, они разметали конями глаков, которые усилиями могов-погонщиков только-только начали обретать подобие боевого строя.

- Как вам маневр, Атман Вепрь? – довольно улыбаясь, спросил Грач-ловкач.

- Неплохо, – ответил Вепрь с усмешкой, – Весьма неплохо.

Вероятность положительного исхода, по моей оценке, увеличилась на два процента.

- Вот как? – несколько уязвленный такой низкой оценкой своих стараний, Грач поднял бровь, – И какова же теперь общая сумма вероятности «положительного» исхода, очень хотелось бы узнать?

- Общая сумма теперь эти два процента и составляет, – Вепрь еще раз усмехнулся и потрепал Грача по плечу, – Один шанс из пятидесяти все-таки лучше, чем ноль из ста.