Нифриловая башня

Один глаз всегда нацелен только на Грача, другой только на Вепря. Он так же объяснил, что хотя копейка и является самой малой монетой, но зато вражеские моги не смогут ее «взломать», то есть наложить приказ на эти копейки ни у кого кроме самого Грача и ротного Атмана не получится.

Васька получил от Грача на руку новый нифрильный образ. Он ожидаемо оказался такого же красного цвета, что и голова вепря на запястье. Так называемый «наперсток десятника» по вдоль наружной стороны указательного пальца левой руки в виде взятого в круг числа десять с крылышками по бокам.

Причем левое крыло доходило до ногтя, а правое – до костяшки.

Аким в тот раз составлял Ваське общество, пока тот ожидал своей очереди, и присутствовал при наложении образа. Разумеется, он полюбопытствовал, зачем там крылышки, ведь мол, десятники в ранг святых не зачисляются. Грач усмехнулся, и сказал, что крылья по табелю не обязательны, и он добавляет их лично от себя, как свой отличительный знак мастера.

Сейчас они только что закончили разбирать завал из камней, веток и земли, который до этого сами же и сооружали из подвернувшегося под руку материала.

Сотник Куч объявил отдых, и ребята расселись прямо на земле. Акима стянул сапог и стал вытряхивать из него набившуюся внутрь грязь.

- Вась, - сказал он, - Расскажи, что Вепрь говорил на последнем занятии?

- Вот тебе, Акима, все знать надо, - Васька уселся на травку, вытягивая уставшие ноги.

- А то ж. На том и стоим, - не стал спорить Аким.

- Да про нифрильную могию в основном, - сказал Васька, вызывая в памяти последний рассказ ротного, который лично вел занятия десятников по тактике боя, - Говорил, что в бою применяются как нападающие, то есть причиняющие вред, так и защитные, то есть усиливающие и помогающие заклятия. В нашей роте могой нападающих проклятий является Грач-ловкач, а могой обороны, значит, является сам атман Вепрь.

- Слушай, Вась, - вступил в разговор Макарка, - А что без могов пехота вообще ни на что не способна?

- Вовсе нет, - ответил Васька, - По мне так как раз наоборот, это моги без пехоты ни лешего не навоюют.

К тому же, знаешь, что Вепрь еще сказал? Он сказал, что с опытом бойцы научаются сопротивляться воздействию нифрила.

- Ух ты, - обрадовался Макарка, - Это ж тогда мне никакой мога не страшен будет! От не зря у нас говорят, что нифрил, он только морок плодит.

- Ну это не так. Ты, Макарка, не торопись могов со счетов скидывать.