Неизвестный герой

Его мастер резко вылечился? С учетом того, что он оставался в резиденции Мато и единственный, кто мог бы ему помочь, это старый червь, ситуация выглядит не слишком хорошо. Но практически ничего не меняет, кроме увеличения срока проживания в этом мире за чужой счет, ведь командных заклинаний у Карии более не было.

В этот раз обстановка в раменной была иной. И дело было не в каком-то изменении интерьера или новом меню, что полностью изменило бы палитру разлитых в воздухе запахов, нет. Просто сегодня здесь играла музыка.

Тихая и ненавязчивая мелодия, что создавал дуэт струнного и духового инструментов была спокойной, размеренной и успокаивающей. Возможно, не самой подходящей для обстановки в раменной, где у людей должен пробуждаться аппетит, но оттого не становящейся менее приятной.

— Доброго дня, — с неизменной улыбкой поприветствовал его Теучи. — Что сегодня будешь пробовать?

— Это, — указав пальцем на первую попавшуюся строку, ответил Негорящий. — Что за музыка?

— М? — старик отвлекся от раскладывания пакетиков со специями.

— Александр, — задумчиво повторил Негорящий, прикрывая глаза и все сильнее вслушиваясь в музыку. — Он… завершил свои дела и уехал.

— Вот как, — протянул Теучи, методично подкидывая овощи на сковороде, не давая тем пережариться. — Жаль, с ним было приятно побеседовать. Вы же друзьями были?

— Хм? — слуга чуть приоткрыл закрытые глаза.

— Сложно сказать, — повар неопределенно пожал плечами и пару раз помахал кистью свободной руки. — Создавалось такое впечатление.

— Нас нельзя назвать друзьями, — качнув головой, произнес слуга. — Хорошие соперники, но не друзья.

— А что так? — однако любопытство не утихало. — Вроде хороший человек.

— Не было времени, — с легкой грустью был дан ответ. — Ни времени, ни возможности.

Теучи смолчал. Несмотря на своё любопытство, он был чутким человеком, а потому достаточно быстро смекнул, что дело тут не самое простое, и вернулся к своему любимому занятию, которому посвятил большую часть своей жизни.

А Негорящий… Негорящий просто продолжил сидеть, дожидаясь блюда и вслушиваясь в успокаивающие переливы мелодии. Сейчас он вновь вернулся к тому состоянию, в котором ему совершенно не хотелось говорить без надлежащего на то повода. Впрочем, такое состояние было как раз нормой.

Однако что-то изменилось.