Баттонскилл: Карта, мобы, два скилла

За кем идёт? За мной?

«Сынок, жди здесь…» – совсем другой, женский голос.

Он просто схватил меня за сердце, и сжал его, перехватил мне дыхание. Так похож на голос тёти, но другой.

«Здесь ты не услышишь…»

Кто это? Что за женщина?

Впрочем, ответ я знал. Хоть и казалось, что слышу её впервые.

«Не плачь, сынок, я скоро приду!» – кричала та, которую я наверняка слышал лишь несколько месяцев после рождения.

«Тёмный Чекан ждёт…» – шёпот успокоился.

«Тут ты не услышишь…» – голос мамы удалялся.

А потом кто-то тронул струну….

В глазах потемнело – в ухо ударила только одна нота и сразу замолкла.

Не знаю, что это за нота, но звук едва не убил меня. Сердце закололо, затянуло в ноющий комок, и стало так страшно и тоскливо, что хотелось просто лечь… И не вставать больше.

«Гончар… чар… нюбс… обнуле… ление… деление… определение»

Щёлк!

Щелчок не было слышно, но я почуял его внутри себя, будто оборвалась натянутая струна. И стало намного легче.

Я сел на пол, чувствуя слабость в ногах. Система продолжала сбоить, хотя боль уже исчезла, и остался только заикающийся голос системы в голове.

«Нови… нови… чок… чок…»

Красные всполохи исчезли, осталось только голубое сияние, и сквозь него я увидел взволнованное лицо Дворфича. Гном стоял по колено в воде, и держал над головой какой-то свиток. За его спиной столпились остальные преподаватели.

«Новичок!» – неожиданно чётко сказала система, – «Ты станешь ремесленником».

У меня всё упало… Кем?!

– А может, другим кем? – сипло спросил я.

Почему ремесленник? Это же тот самый «балласт»!

Слышно же было шёпот, что-то там про честность и справедливость.

Ну, блин! Вначале я чётко слышал, что «бард». Это наверняка прямая дорога к «гусляру». Я был бы, как отец, только светлый, не адский…

Да пусть лучше разбойником! Ведь эти слова тоже были.

«Гончар, ты получаешь первый уровень. Игра начинается!»

Сияние погасло, и платформа перестала кружиться. Внутрь статуи ворвались звуки – оказывается, моё «определение» очень громко обсуждали в зале.

Ректор даже замер от неожиданности, когда всё вдруг пришло в норму.

– Игрок Гончар, – спросил он и опустил руки со свитком, – Ты в порядке?

Его глаза беспокойно забегали по статуе, оглядывая каменные пальцы. Я кивнул, и он покачал головой:

– Такого никогда не было.

– Балласт… – начала было красноволосая за его спиной.

– Селена, не потерплю такие слова, – строго сказал гном.

– Хорошо, Гармаш Дворфич, – та поправила очки, блеснув красным лаком, – Ремесленник – лидер группы.