Левиафан. Черное Солнце

Другой момент – от артефакта нельзя защититься, просто прикрыв глаза рукой. Зеркало отражает суть, а ее не скрыть. Иван сказал это, чтобы Карн и Мидас четко понимали, на что идут. Это окончательная гибель, без возврата. И тут даже Всеотец не поможет. Вопрос в другом – знает ли сам Зак об этом свойстве артефакта?

При этом пробить парню голову стрелой или усилием воли разорвать ему сердце не выйдет. Зеркало Теней обладает нечитаемой даже для Братьев Вюрда аурой. То есть артефакт в некотором смысле – живой, и он надежно защищает своего владельца силами, что много древнее подвластных владыкам Аркаима.

Карн и Мидас не стали спрашивать колдуна о том, как он намеревается забрать у парня опасную игрушку. Было ясно, что Иван готов пожертвовать хоть всеми воинами, лишь бы Золотое Крыло своими жизнями купило ему пару мгновений, необходимых, чтобы сблизиться с Заком и вырвать артефакт из его рук. Но теперь Карн подумал, что, быть может, стоило задать магу этот вопрос. Кто знает, может был у него другой вариант? Они то с Мидасом хотели просто попытаться уговорить парня, но, глядя на его нынешнее состояние и, что важнее – ощущая его измененную ауру, их общий параметр уверенности устремился к нулю с неожиданной для обоих стремительностью.

В энергетическом плане Зак почти перестал быть собой. Собственно, от молодого воина осталась лишь та часть его личности, которая хотела любой ценой вернуть Антару. Все остальное было оплетено и быстро поглощалось бесцветной аурой Зеркала Теней.

Неожиданно внутри Карна всколыхнулся мимолетный импульс узнавания.

Он среагировал на ощущение и почти сразу понял, с чем его восприятие сравнило энергетику артефакта. С Арминиусом. А если точнее – с той аномальной пустотой, которую в эфире создавало его присутствие. Аналогия была безумной, но она БЫЛА.

– Ты прав, – Карн звучно выдохнул и как воздух покинул его легкие, так же все сомнения и неуместные мысли освободили сознание. А потом воздух вернулся в его тело, но сознание продолжало оставаться кристально чистым.

Лишь так он имел шанс за что-то зацепиться в остатках личности Зака, ведь противостоять ауре Зеркала Теней он не мог. Потому что в привычном ему смысле – нечему было противостоять.

– Ее можно вернуть, – продолжил он. Голос звучал чисто, уверенно. – Но я знаю, ты уже задавал себе этот вопрос. И не осмелился ответить. Так ответь нам. Нужно ли?

– Мне – да, – Зак криво усмехнулся, а потом накатившая волна грусти слизала эту безумную радость с его лица.