Левиафан. Черное Солнце

Затем шаги смолкли, надо думать – Братья Вюрда заняли положенные места. Потом где-то высоко под потолком что-то сдвинулось и пространство вокруг неожиданно затопил ослепительный золотой свет. Фригийский царь тут же зажмурился, но все равно повредил сетчатку. А когда рискнул открыть глаза – его взору предстала невообразимая картина.

Теперь Мидас понял, почему ее назвали Пирамидой Отражений. Внутри это было одно колоссальное помещение (вовсе не система комнат и переходов, как он подумал вначале), а все поверхности – пол и восемь стен-граней – представляли собой сплошные зеркала.

Невероятные, огромные, идеально ровные зеркала, которые перетекали одно в другое настолько легко и гармонично, что не было видно мест стыка, а отраженные картины обретали сюрреалистичный эффект.

Похоже, в верхней части пирамиды располагался механизм, впустивший в помещение единственный солнечный луч, который, мириады раз отразившись во всех направлениях, наполнил пространство бело-золотым сияниям непередаваемой мощи.

Будто солнце взошло под угловатыми сводами непостижимого строения и растеклось по его граням жидким пламенем!

Затем Мидас разглядел Братьев Вюрда – они стояли в центре пирамиды, обступив редким кругом… О, здесь все-таки тоже было дерево! Вот только оно было сплетено из чистого света и с каждым мгновением росло, впитывая лучистую энергию, давшую жизнь всему, что есть вокруг. Дерево пылало неугасимым белым огнем, его крона с каждым мгновением становилась все больше, ярче, раскидистее.

Фригийский царь внезапно понял, что у него отвисла челюсть. Звучно сомкнув ее, он посмотрел на Карна. Древний бог и не заметил, как парень сполз на колени и теперь сидел неподвижно, опустив голову на грудь и обхватив ее руками.

– Слишком, – шептал он едва слышно. – Слишком много. Так много…

– Ты как вообще? – Мидас встревожено склонился над другом. – Тебе… плохо?

– А? – Карн дернул головой на звук, но так и не поднял ее. – Нет.

Нет! Просто… слишком много света! Так много…

Едва первый солнечный луч скользнул в Пирамиду Отражений, Карн инстинктивно прикрылся от мощнейшего энергетического всплеска. Рефлексы подсказали сжать сознание, полностью отключить ментальный локатор и подавить все чувства физического плана. Парень намеренно ослепил и оглушил себя во всех известных ему диапазонах, и несмотря на это он слышал и видел все, что происходило на сотни километров вокруг.