Амнезия

Знаю, все родители так говорят, но Дженни на редкость способная и смышленая девочка.

– Буду счастлива познакомиться.

Она вдруг погрустнела. Миссис Ллойд сказала Россу, что Мэгги потеряла ребенка, но об этом я спросить не решался. Были времена, когда мы доверяли друг другу все свои тайны, но от прежней близости давно не осталось и следа.

– Ты с Россом-то виделась, Мэггс?

– Пока нет. Все время была с родными. Кстати, ничего, что я без приглашения?

Я улыбнулся:

– Да брось, о чем ты?

Мэгги в двух словах поведала о непростом разводе с Эндрю, а я рассказал о недолгом – и уже оконченном – романе с Лилой.

Ей показалось странным, что бывшая подружка не простилась со мной перед отъездом. Я ответил, что это длинная история, и пообещал рассказать ее как-нибудь потом, когда придет время. Время пришло через несколько минут.

– Это ты их рассматривал, когда я подошла? – спросила Мэгги, подойдя к столу, на котором лежали рисунки.

Мне вдруг отчаянно захотелось поделиться с кем-нибудь своими тревогами – а кто мог выслушать меня лучше Мэгги Берк?

Если я был марионеткой, за нитки дергал гениальный кукловод.

19

Мы устроились на веранде: я на стуле, Мэгги на качелях.

– Руки не доходят смазать, – повинился я.

Но Мэгги поскрипывание, похоже, нравилось.

– Расскажи мне обо всем, Джонни.

Мэгги знала, что я пью. Услышала от отца, спросила меня в одном из писем, а я не стал врать. В последний раз я сообщил ей, что продержался трезвым несколько месяцев и не собираюсь браться за старое.

Мы с Тришей зачали Дженни на пьяной вечеринке, и мне пришлось жениться на нелюбимой женщине. Какое-то время я внушал себе, что Триша хорошая жена, а Дженни и вовсе благословение небес – последнее, кстати, было сущей правдой, – но невозможно обманывать себя вечно, и в один прекрасный день я отправился искать утешения на дне бутылки. Самое простое объяснение. Слишком простое. В действительности все было куда сложнее: в моей душе давно поселилось чудовище, затаилось и дремало, дожидаясь своего часа, чтобы наброситься на ослабевшую жертву.

– У меня был срыв, – признался я.

– Правда? Плохо. Ты говорил со своим куратором?

– Пока нет, но обязательно поговорю. Тут дело в том, что… как раз об этом я и хотел тебе рассказать. Но учти, история жутковатая.

Мэгги сделала страшные глаза.

Оглядываясь назад, я понимаю, что это был поворотный момент, после которого у нас не осталось путей для отступления.