Магия седьмой стихии. Книга четвёртая. Королевство Азуэлия

Один из них, рыжеватый, толстый, лицо в оспинах, стоял в двух метрах от меня и держал в руках большую кувалду на длинной ручке. Не успел распрямиться, как услышал приказ:

— Выкладывай всё, что есть на землю!

— С какой стати? Если считаете, что участок ваш, то сначала покажите на него документы. И почему он не огорожен, без охраны?

— Добывать рубины имеем право только мы! Нечего базарить, выкладывай всё!

— Кто тебе такое сказал? Драгоценные камни на ничейных землях могут добывать все, кому захочется.

— Мочи его, Рябой! — произнёс кто-то позади меня.

Высказывание подчинённого главарь проигнорировал, продолжая меня давить тяжёлым взглядом:

— Рубинами занимаемся только мы! Ясно? Тебя застукали, поэтому отдашь всё: деньги, оружие, артефакты и то, что своровал у нас. А не хочешь добром, отправишься в одну пещеру, где станешь подыхать долго и тяжко. И твой шестьдесят пятый воздух там не поможет.

— Да пошёл ты со своими наездами! Пока не покажешь мне документ на участок из муниципалитета, разговаривать с тобой не стану.

Момент атаки я не прозевал и под боковой удар его кувалды, подставил ручку кирки, но это меня не спасло. Вернее сказать, сам «Молот титанов» остановить удалось. Но ультимативный артефакт, даже не коснувшись меня, нанёс удар такой силы, что снёс все защитные заклинания, выбил из груди воздух, проломив рёбра, и отправил в полёт уже в бессознательном состоянии.

Очнулся я всё ещё кувыркающийся в воздухе после «полного исцеления», Лара истошно кричала мне в мозг:

— Саша, мы падаем в яму! Очнись, а то разобьёмся! Магии нет!

Увидев, что нахожусь над Мёртвым плоскогорьем и с большой скоростью падаю в дыру, расположенную в центре, крикнул:

— Полёт!

— Нет магии!

— Парашют!

Почувствовав, как на меня наделись и застегнулись лямки бейс-системы, дёрнул за кольцо и вовремя — купол за спиной раскрылся уже внутри колодца.

Спускаясь, я старался не касаться стенок, чтобы не повредить нежную шёлковую ткань парашюта. Диаметр практически круглой дыры, куда меня занесло, в верхней части составлял около тридцати метров, а глубина — пятьдесят.

Приземлившись на дно провала, убрал в пространственный карман кирку и принялся складывать парашют, а Лара начала причитать:

— Почему ты не мог хоть раз меня просто послушаться? Ведь сказала тебе: улетай!

— Потому что ты мне вовсе не жена и не мама, — ответил я, продолжая укладку.