Дитя Смутного Времени

В кабинете с большим окном, выходящим на закрытый двор, сидел мужчина в военной форме. На каждого курсанта у капитана Громова было заведено личное дело, в которое записывались основные данные и личные характеристики, но на некоторых ребят было так много информации, что приходилось вшивать всё новые и новые листы.

Сегодня, как раз с утра, часть курсантов забрали СВР, и он уже отправил им характеристики на парней. Чем прельщали психологи и покупатели из данного ведомства неизвестно, но это было самостоятельное решение молодых людей.

Остальные по своей подготовке вполне могли соответствовать критерию кандидата в ГРУ или как сейчас правильно называлось – служба ССО, капитан до сих пор никак не мог привыкнуть к новому названию.

В очередной раз, взяв самую толстую папку, он начал листать дело курсанта Ивана Леднева. На него снова прислали запрос из ССО, но капитан не желал такой жизни юному курсанту, и как мог, старался привить парню мысль о поступлении в десантное или пехотное училище. Именно с Иваном у него сложились самые лучшие отношения, тот часто приходил посоветоваться по простым вопросам, которые могут появиться у юноши к шестнадцати годам.

Листая дело Леднева, капитан думал, что лучше всего написать в ответе на запрос, поэтому заново вспоминал некоторые моменты. Курсант поступил из детдома под номером пять, в тот день как раз набирали новую партию в закрытый специнтернат. Никто не спрашивал согласия – просто брали подходящих. В первый же день их встречи его зацепил юноша с холодными синими глазами, будто всё время готовый к нападению.

Что-то подтолкнуло капитана настоять на переводе подростка в курируемый им специнтернат. Только спустя многие месяцы он смог найти подход к Ивану, растопив холодное сердце юноши, который, наконец, смог довериться кому-то ещё, кроме себя.

Иван показывал отличную обучаемость, фотографическую память и поразительные способности к военному делу. Преподавателей тактики он иногда ставил в тупик своими ответами, поясняя, почему то или иное действие невозможно.

Наставники по боевым искусствам нахваливали хорошую интуицию и чувство удара. Ну, а владению ножом и рукопашному бою он учил его лично, пытаясь передать то, в чём был силён сам. Посмотрев на часы, капитан Громов захлопнул дело и крикнул в дверь:

– Дежурный, строй первый взвод!

– Первый взвод…

Капитан Громов оглядел ровный строй курсантов, в свои шестнадцать лет они выглядели уже настоящими воинами – гордостью России.