Суррогат героя. Том I.

— Мне и играть как-то не сильно зацепило, а уж смотреть на то, как другие играют, что в этом может быть интересного?

— Именно... — поддерживает его Мек. — Ан, закрывай эту бодягу.

— Ау1, — соглашается Антон.

С экрана как раз вещает Лекс Алипов на середине своего разбора игры:

— Штурмовик команды обороны — Беглец на сапог...

Прежде чем Антон нажимает иконку «закрыть», свернув тем самым трансляцию, его тут же перебивает хор голосов.

— Стой!

— Верни!

— Это же ник Рика!

— Отмотай назад!

Только что скучающие почти до зевоты от передачи парни сейчас похожи на стаю волков, почувствовавших запах крови.

Я тоже весь обратился во внимание. Это что, получается Беглец — знакомый гуннов? Или он даже один из них? И не тот ли это самый Рик, который загонял их на тренировках?

Подчиняясь общему хору, Антон перемотал передачу на начало разбора моего матча, после чего все гунны обратились в слух. Меня же, как назло, позвала Алоя, чтобы я помог новой посетительнице, немолодой женщине слегка за сорок разобраться с управлением.

Дама оказалась очень понятливой и освоилась буквально за пару минут. Но не успел я встать так, чтобы подслушать, о чем будут говорить гунны, после просмотра разбора игры, устроенного Лексом Алиповым, как меня поманила к себе Иллея.

Наша шеф каким-то образом что-то нажала на сенсорном экране приема заявок от клиентов, и ее выкинуло в меню заводских настроек. Вернув все обратно, наткнулся на Дааса, который наконец-то завершил свои дела в подсобке и встал за стойку.

— Когда нет работы, сиди у бара, — сказал он мне.

В принципе, это логично. От барной стойки хорошо просматривается весь зал, да и я буду находиться на виду у посетителей. То есть, если у них возникнет проблема, они смогут меня позвать достаточно быстро.

— Что там с парнями? — босс кивком головы не оставил сомнений в том, что спрашивает он о байкерах.

— Ругаются... — пожав плечами, решил в этот раз быть немногословным.

— Что так? — Не получилось отделаться так просто, начальству хочется знать подробности.

— Они посчитали, что мое предложение помочь — это завуалированное оскорбление. — Брови Тен Дааса сложились домиком, видимо, придется пояснить. — Так как применяемый нами интерфейс интуитивно понятен любому пользователю смартфонов, то предложение помощи при его освоении молодые люди восприняли как дискриминационный выпад в сторону уничижения представителей их субкультуры.