Суррогат героя. Том I.

Так что мне пришлось сбавить скорость, чтобы не выдохнуться в самом начале, спина гунна тут же растворилась в предрассветной темноте. В этой части города все фонари были разбиты, заброшенная промзона мало волновала коммунальные службы, и ремонтников они присылали сюда только по большим праздникам.

Начав эту пробежку, я собирался выложиться полностью, бежать, не переходя на шаг, столько, сколько смогу и даже больше. Падать в грязь лицом перед главой банды в мои планы не входило. Так что, стиснув зубы, я бежал и бежал, пока не стало совсем не хватать кислорода и нестерпимо не закололо в боку.

Как ни прискорбно было осознавать, но это произошло всего после примерно трех километров. Сначала перешел на шаг, но потом понял, что этого мало и вообще остановился, стараясь отдышаться. После минуты такой передышки резь в боку стала ослабевать…

— Кто тебя учил бегать? — перемахнув через бетонный блок, рядом оказался Ланс.

— Учитель в школе… — говорить было тяжело.

— Все зачеты в школе по бегу — это спринтерские пятьдесят и сто метров, а самая длинная дистанция — километр, — покачал головой гунн.

— Ты неправильно дышишь для длительных пробежек. Да и для твоего телосложения и опыта глубокое дыхание при беге — ошибка. Держи… — он протянул мне флягу. — Попей немного.

Во фляжке оказалась слегка подсоленная вода, сделав три глотка, тут же почувствовал себя немного легче и вернул емкость.

— Попробуй дышать иначе. Короткими вдохами-выдохами. По паре. Два вдоха подряд, затем два выдоха.

Для неспешной пробежки подходит такой ритм: шаг — вдох, шаг — вдох, шаг — выдох, шаг — выдох. Затем повторяешь цикл.

— Попробую, — уже более твердым голосом отвечаю ему. И, пользуясь моментом, тут же спрашиваю, пока он вновь не убежал вперед. — А почему Тен Даас, недавно начав пробежки, не стал бегать с тобой? Он говорил: ему одному скучно и подбил на это дело меня. Но зачем ему было это, когда мог просто присоединиться к тебе в этих пробежках… — Всем своим видом показываю, что это по меньшей мере странный поступок с его стороны.

— Э?!

Я много видел удивленных вопросами людей, но такого явного обалдения на лице собеседника — никогда! Раньше думал, что такое только в кино бывает, когда человек буквально надувается, а его глаза настолько расширяются, что вот-вот лопнут.

— Что?! — выдохнул он. — Ты чего?! Ты правда представил себе картину, что каждое день я бегаю с Теном по утрам? — его колени подогнулись, и он сел на бетонный блок.