Джинния

Чёрные густые слегка вьющиеся волосы опускались чуть ниже пояса. И при этом ей фигура была полупрозрачной с красноватым оттенком кожи.

- Привет, - улыбнулся я. В ответ меня смерили презрительным взглядом и ответили кривоватой улыбкой, больше похожей на гримасу после съеденного спелого лимона.

- Как зовут тебя, глинорождённый? – не очень дружелюбно и без ответного приветствия произнесла та.

- Эй, побольше уважения к своему спасителю! - возмутился я такому обращению. – Я спас тебя от демонов, забыла уже?

- Ты даже не маг и не король, - скривилась джинния, внимательно осмотрев меня со всех сторон.

- Ты же вроде бы только пообещала? Я же не слышал никакой клятвы. Или этого вполне хватит по вашим джинским обычаям?

- Следи за словами, глинорождённый! Обычаи джиннов! Традиции джиннов! Мир джиннов - славная Джанхална! Никакого коверкания и игры в слова! Или я вырву тебе язык! – мигом вспыхнула та. – Требую меня освободить от служения тебе, за это я не трону тебя, смертный.

- Ну-ну, требуй дальше, седьмая лапа, - покачал я головой, в свою очередь став заводиться от такой «благодарсности».

- Да я тебя!..

- Не лопни от злости. Не так уж мне и нужна такая строптивая и грубая служанка. Исполнишь три моих желания и можешь быть свободна, - дерзко заявил я, посмотрев в глаза собеседнице. – Обещаю. А пока почаще вспоминай, кто спас тебя от этого вот… - я сделал несколько шагов к останкам демона и пнул его рогатую голову с мёртвыми змеями.

- Стой! Не делай этого! – внезапно завопила девушка, когда я только наметился носком ботинка, но предупреждение запоздало, и удар пришёлся в лоб мертвецу. Как только голова качнулась – зашевелилась одна из змей. Вяло приподнялась немного вверх, выпустила кончик языка из пасти, ощупывая воздух, и повернулаголову в мою сторону. Успев отступить на несколько шагов назад, я посчитал себя в безопасности и не обратил внимания на крик джиннии. И зря.

 Через мгновение змея открыла пасть и… плюнула в меня желтоватым сгустком, который растёкся по левой ладони, которой я прикрыл лицо.

 Руку, словно, в кислоту опустили. Я попытался вытереть яд о землю, об одежду, о шерсть ближней гориллы, но легче не стало. Становилось всё хуже и хуже, нахлынула резкая слабость, и я упал на землю.